Эликсир жизни

Как всегда, в центре, вблизи дорожек, на самых видных местах располагались могилы самых уважаемых и самых обеспеченных горожан, а на окраинах покоились простые люди. Сразу на площадке у входа, будто эстрада в ресторане, выделялась эффектная могила, облицованная дорогим мрамором с претенциозной скульптурой. Здесь, по слухам, спал мирным сном какой-то кровавый бандит. Ходить по кладбищу было интересно и занимательно. Могилы были оформлены в зависимости от вкусов и материальных возможностей родственников покойных.

Некоторые даже представляли собой художественную ценность – над ними поработали талантливые, а порою даже профессиональные архитекторы и скульпторы.

В этот утренний час кладбище еще пустовало. Здесь не было никого: ни похоронных процессий, оплакивающих покойников, ни посетителей, навещающих дорогие могилы, ни могильщиков, копающих ямы, ни уборщиков, которые мели бы сор. Только листва опадала на мраморные надгробья, забивалась в решетки оградок, шелестела под ногами и была почему-то похожа на милость.

Кашеедов и Басистый пришли сюда не любоваться красотами природы или произведениями искусства, они не обратили внимания на все это нисколько. Скорым ходом молодые люди достигли противоположной окраины кладбища и никого не увидели. Монастырский комплекс отделяла от кладбища узкая грунтовая дорога, засаженная кустарником. Попасть в церковь можно было, не заходя на тщательно охраняемую территорию монастыря.

Друзья увидели небольшую группу людей, которые толпились у входа.

Кашеедов потянул приятеля внутрь церкви. В окна пробивался белый свет, мерцали свечи. В центре зала стоял гроб, а возле него толпились несколько человек – близких умершего. Стало ясно, что здесь готовятся к отпеванию покойника. Священник пока не вышел к собравшимся, лишь две пожилые монахини бродили по залу и поправляли свечи, где-то что-то подтирали и убирали.

– Вот он! – шепнул Кашеедов Басистому, кивая на гроб с покойником. – Действуем!

Сердце у Аркадия дрогнуло.

Одно дело говорить вообще, строить планы, другое реализовать на практике. Все как-то слишком быстро получилось, он не успел обдумать, решить для себя: морально ли это, хорошо ли? А Васька торопил:

– Давай, давай!

«Если микстура не подействует, то никому хуже не будет, – решил Аркадий. – Если подействует, то человек оживет и принесет много пользы остальным, а уж как обрадуются родные!» Действительно, очень важно бывает идейно обосновать свои поступки.