Исток бесчеловечности. Часть 3. Все мы химеры

На берегу ключник отворил бак. Вид кровоточащего мяса внутри призрака вызвал такую сильную боль, будто монстр поедал именно его. Оставалось надеяться на интуицию старой королевы Города Ночь. Иначе…

Штиллер просунул ключ сквозь неплотно сжатые зубы Алисии. Сначала ничего не произошло, «пустой» призрак блокировал Хоффхарда. Потом ключ потребовал вспомнить о всеобщем родстве, делающем обитателей Новомира людьми независимо от облика и формы. Призрак больше не пожирал, он с готовностью отдавал и лечил – исполнял своё изначальное предназначение.

Его дары не знали границ.

Алисия, думал Рен, может стать не просто собой, а кем угодно.

Нет. Только тем, кем мечтает.

Вырванная страница. Паровозная терапия

– Высокий Совет целителей удаляется на совещание, – объявил седой гном в расшитом золотой нитью кафтане и лекарской шапочке-коробочке. Толпа, наполнявшая еремайскую ратушу, пришла в движение. Подмастерья помчались в трактир за тыквянкой и закуской для мастеров. А те столпились у стола председателя, жалуясь на цеховой налог, на дороговизну травяных сборов, на эдикты против ведовства, на дождь, плохие дороги да непочтительную юность.

В соседнем зале беседовали тем временем три самых уважаемых лекаря: Гидеон из столицы, ведьма Хвостик из Злой Чащи и Тамим Праведник, эльф Пустозема. Трое сидели на самых неудобных стульях, и напитков им не подали – чтобы приняли решение поскорее.

Рассматривалось дело Эминга, молодого целителя-еремайца.

Жалобу подал страдающий головной болью пекарь.

Бедняга лечился давно: заложил свою лавку, продал единорожий выезд и влез в долги к ночеградским гномам. Но чувствовал себя по-прежнему плохо. Семейство хлебопёка и целая орава соседей требовали возврата денег, принародного покаяния целителя со втаптыванием цеховой шапочки в портовую грязь.

– Парень сделал всё, что мог, – оторвавшись от чтения эпикриза, выразил общее мнение Гидеон. – Вот проверка некромантским томографом. Суточная запись кровяного давления, исследования сердца, сосудов, вот результаты поясничной пункции – молодец, артефактного шушуна в Зубастой башне взял, старательный человек! Я бы на этом и остановился.

А паренёк и шею проверил, зрение, пазухи верхней челюсти. Зубы не позабыл! Вижу, он ему шину прописал из пустоземского нямопласта, по ночам надевать. Можем ли мы обвинить Эминга в некомпетентности?

Хвостик приоткрыла окошко, подожгла скрученную травяную палочку, потянула дым из неё и выдохнула наружу.