Мечта цвета фламинго

Он временно поставил его на широкий подоконник, собрал со столика грязную посуду, ненужные уже закуски, составил все на сервировочный столик и покатил к выходу. – Сейчас пирожные принесу! Замечательные! Из «Метрополя»!

– Никуда ты не поедешь! Еще чего! – сердито пробубнила Светка, закуривая следующую сигарету. – Не хочешь брать, что дают, не надо! А злиться не стоит! Я замуж хочу выйти за другого. Понятно тебе! А пока Мишку не пристрою – не могу!

– Можно подумать, что ты о сыне малолетнем печешься! Будто он без тебя не пристроится!

– Еще как пристроится! Я же тебе говорю, бабы от него дуреют! Одна наша знакомая такой змеей вьется, только держись! У-у-у!! Кобра!!

– Ну так вот…

– Я не хочу, чтобы он с разными там… связывался… Мы много лет вместе прожили… И Павлик у нас… А с тобой, мне кажется, он мог бы быть счастлив.

Ты на него не давила бы, как я… Ты же справедливая, добрая, умная… А он – натура тонкая… Это я торгашка! А он другой…

– Знаешь, мне кажется, что ты Мишу все-таки любишь, хотя и предлагаешь его как залежалый товар…

– Конечно, люблю! И не как товар, но и не как мужчину.

Только как близкого родственника, друга… А спать хочу с другим! С таким же, как я, без заморочек и выкрутасов! И, заметь, на законных основаниях!

Светлана взялась за очередную сигарету, а Тарасов, который за короткое время был переименован собственной женой из болвана и идиота в тонкого человека, внес в комнату две золоченые корзиночки с пирожными.

– Миша! Нина останется у нас ночевать! – заявила вдруг Светка. – Ты сможешь завтра с утра отвезти ее на работу в эту ее… как там… в «Петросталь»?

– Нет, Михаил, я не… – заволновалась Нина.

– Останется, останется, а Ляльке мы позвоним! – Светлана не давала Нине вставить ни слова.

– В самом деле, Ниночка, оставайтесь, – Тарасов погладил ее своим бархатным взглядом. – Конечно же, я отвезу вас завтра на работу. Куда выходит ваша проходная?

– На Московский проспект…

– Замечательно! Так вам чай или кофе?

– Пожалуй, чай…

Нина молча ела пирожное, как бумагу, не ощущая никакого вкуса, и не знала, на что ей решиться.

С одной стороны, ей неудобно оставаться у Тарасовых. Не до такой уж степени она нищая, что ей и ночевать негде! С другой стороны, плащ у нее очень грязный. Ехать в таком виде в городском транспорте стыдно, а без плаща по такой погоде вообще странно.