Анариель – проснувшись королевой

Скатившись с одного из барханов, я оказалась в долине из скалистых изваяний. Они, как глухие хранители пустыни, молча стояли, опираясь на скользящий песок.

Ведомая тенью от каменистых склонов, я прибавила шаг насколько могла и просто упала в тень, тяжело дыша.

Кружилась голова и удары сердца отдавались в барабанных перепонках. Слабость опутывала мое тело своими умелыми сетями. Я почти не чувствовала ног. Моя одежда промокла насквозь и мокрой тряпкой облепила тело.

Забытье все же охватило меня. Глаза закрылись, увлекая меня в темноту.

Не знаю, сколько прошло времени, но ярко-белый свет, стал бледнеть. Собрав остатки сил, я снова двинулась в путь, радуясь тому, что пекло практически прекратилось. Мягкое тепло ласкало кожу.

Долина из скал и торчащих камней вилась далеко вперед. Казалось, ей не будет ни конца, ни края.

Бледнеющий свет серебрил ландшафт. Каменистые горы становились похожи на темные высокие статуи, безмолвно смотрящие на маленькую плетущуюся фигурку, в лице меня.

Каменные истуканы молчали, будто бы провожая меня своим безмолвным взглядом.

Долина сузилась и песок на какой-то миг остался позади, открывая перед моим взором каменистую тропу, висевшую над возникшей пропастью.

Внизу однотонным ковром стелились пески, тающие в предзакатных сумерках.

Тропа была узкой и неровной. Собрав все самообладание, я прошла по ней, стараясь не смотреть вниз. Высоты я боялась, а упасть еще больше, поэтому мои шаги были осторожны, и я что есть силы, следила за равновесием, чтобы не сорваться вниз.

Пройдя над ущельем, тропа завернула и ровным накатом медленно побежала вниз, виляя между камней.

Солнце, если конечно так можно было назвать звезду, дающую свет этому миру, почти совсем скрылось, окрасив слепяще-голубое небо в серебряный белесый цвет. Зато сгущающиеся сумерки, окрасили яркостью малиновую планету. Ее свет становился ярче, окрашивая небо и землю своим малиново-фиолетовым свечением.

Извилистая тропа пробежала еще несколько поворотов и расстелила передо мной ровную поверхность, полностью покрытую песком.

Несколько скал еще виднелись на горизонте, разбавляя ничем не примечательную песчаную картину.

Ноги гудели непривычно натужно. Голова почти не соображала и я, привалившись к камню, опустилась на землю.

Мягкое тепло еще сохранялось и очень хотелось надеяться, что ночь не будет холодной.