Анариель – проснувшись королевой

Глухая тишина давила на барабанные перепонки, похлеще городского шума или острого крика. Единственным звуком, нарушаемым тишину, было животное журчание моего голодного желудка, готового съесть все что угодно на своем пути. Но в этом мире не было не травинки, не росинки.

Было страшно. Я не знала, сколько еще пройду, на сколько хватит моих сил.

Ужасно хотелось пить. Рот пересох, а уголки губ потрескались. Мое тело ныло от усталости, но убаюкивающий сон не шел.

Наступала ночь – самое таинственное время. На утонувшем в темноте небосводе, вспыхивали бриллианты звезд.

«Может быть там, на этом причудливом ковре, прячется планета Земля? Мой дом, в котором остались мои родители, мой парень, мой мир?» – подумала я, тяжело вздыхая. Сухой воздух прошелся по легким тяжелой волной.

На каких-то корках сознания я понимала, что судьба сыграла со мной злую шутку, забросив меня в этот пустующий мир, в совершенно другое тело.

Малиновое сияние с другой планеты усилилось. В черное небо вплетался неестественный свет.

Я закрыла глаза, умоляя все высшие силы, вернуть меня назад в мой мир. Там осталась вся моя жизнь. Вот и не верь после этого в фантастику, когда сидишь в чужом теле и пытаешься выжить среди зыбкой пустоты.

Наблюдая за сверкающими звездами, я стала чувствовать, как температура неумолимо начала опускаться. Мои ноги медленно заледенели, скованные ночным холодом. Я легла на бок, свернувшись в подобие эмбриона, поджав под себя конечности и натягивая как можно ниже остатки платья.

Ночь кусала острыми иголками холода, да так что зуб на зуб не попадал. Может быть, отпустить все и перестать растирать свое тело дрожащей рукой, чтобы согреться?

Холод сковал новой не щадящей волной. Затуманенный взгляд расплылся. Звездный ковер смешался в одну кучу и сознание покинуло меня.

Утро наступило непривычно быстро, касаясь моих конечностей своими согревающими лучами.

Я облизала пересохшие губы, силясь встать. Сознание помутилось, и я цеплялась за его остатки, чтобы не сойти с ума.

Ноги не слушались, казались свинцовыми и ватными. Я должна была идти, пока свет от этого местного солнца, не раскалил это место и не превратил его в жерло, иссушающее все на своем пути, включая меня.

Я плелась, еле передвигая ноги и мечтала лишь об одном – о воде. Вода, капли воды, струящийся поток, вода в бутылке.