Анариель – проснувшись королевой

Все мысли были об этом.

Я тащилась, стараясь держать ближе к встречающимся каменным скалам, вылезающим из песка, словно грибы. Иногда я садилась под этими, спасающими меня от зноя каменными навесами, дарящими тень и переводила дыхание.

Вдали виднелись небольшие камни, похожие на обломки расколотых гор. Как будто что-то невообразимо острое и сильное, раскололо горные породы на десятки частей.

Я подошла ближе, пытаясь сфокусировать расплывшийся взгляд от попавшего в глаза песка и не поверила тому, что увидела.

Это были не камни, расколотые какой-то незримой силой, это были статуи и первая из них, лежала перед моими ногами.

Каменная голова покоилась на боку, рассматривая меня своими пустыми мертвыми глазами.

Искусно выдолбленные волосы обрамляли лицо, вырисовывая на голове замысловатую прическу, уложенную в аккуратные пряди.

Голова была большой, не менее двух с половиной метров в высоту. Рот слегка приоткрытый, растягивался в чуть подернутой губы улыбке.

Тело статуи было полностью разрушено и куски разных размеров нашли свою погибель на покрытой песком земле.

Только ноги статуи, стоящие на каменной плите, возвышались на добрых метра три-четыре. Высокие сапоги, достающие почти до колен, были окантованы выдолбленными узорами и расписаны какими-то мелкими надписями. Ветер отшлифовал их и надписи обтесались, размылись.

За этой статуей кучами камней лежали другие статуи, почти полностью разрушенные.

Где-то виднелись сохранившиеся каменные руки, торсы и наполовину расколотые головы, а также остатки какого-то странного каменного оружия.

Значит это место не было заброшенным и здесь жили люди, может быть и сейчас живут. Именно люди, а не какие-нибудь там существа с зелеными головами и десятком ног.

Место было похоже на могилу. Разрушенную, истертую временем, размытую ветром и сожженную палящим белым светом.

Могильная тишина вокруг и эти осколки странных статуй, когда-то возвышающихся ввысь своей мощью и силой.

Где-то на краю сознания маячил страх от этого мертвого места, окутанного тишиной и приближающимися сумерками.

Собрав остатки сил, я пролезла между обломков статуй и попыталась спрятаться от накрывающей пустыню ночи и сопровождающего холода.

Еще один день без воды и все закончится.

Мои внутренние запасы были почти на исходе.

Голова уже не соображала, а глаза слипались и покрывались корками. Губы полностью потрескались и каждое движение ртом, отдавало болью и кровянистыми трещинами.