Убийство в Café de flore

Она оседала бесшумно, как золотистая пыль, кружась мелкими песчинками.

Слова были не нужны. Оба служителя Бога это ощущали абсолютно точно, но каждый по-своему. Отец Алексий, просто наслаждался настоящим моментом, вдыхая запах любимых цветов, которые сам сажал. Он знал, где какой сорт роз находится, и, проходя мимо своих любимец, вдыхал их аромат, словно приветствуя. Вместе с прихожанами он таскал камни и укладывал их в живописном беспорядке. Поэтому смотреть на созданный ландшафт ему всегда было приятно. Что будет – то будет.

В любом случае, даже если и отстранят от службы, его душевного покоя это никак не коснется. И хотя в голове отца Алексия не было никаких докучливых мыслей, некоторая напряженность от безмолвия между ним и Его Преосвященством, ощущалась.

Лицо епископа ничего не выражало. Лишь один раз он слега повернул голову, чтобы мельком кинуть взгляд на большую рабатку – произведение искусства и гордость всех прихожан, с искусственными фигурками зайчиков, ежей и сусликов.

Только когда пересекли двор и подошли к кованным ажурным воротам с православным крестом посередине, епископ остановился и словно нехотя, посмотрел на храм издали.

Даже тогда, глядя на это великолепное сооружение в стиле лучших византийских традиций – с позолоченными куполами и мозаикой на стенах, он ничего не сказал.

Автомобиль Его Преосвященства – темно вишневого цвета BMV, находился напротив, и услужливый водитель открыл дверь машины.

Епископ, готовый уехать даже не попрощавшись, вдруг на секунду замер: он неожиданно вспомнил, как долго не мог найти священника, отважившегося ехать в эту глубинку, да еще в недостроенный храм.

Вспомнил о том, что количество прихожан в этом храме в три раза выросло, а поступлений в церковную казну почти в четыре, и это – при больших затратах на строительство, не считая благоустройства территории и вех этих зайчиков и роз.

«Надеюсь. Господь знает, что делает» – подумал он, повернулся в сторону отца Алексия и поднял руку вверх – прощаясь, благословляя и одновременно приветствуя его.

Губы епископа слега коснулась улыбка:

– Буду молиться, чтобы Ваши прихожане никогда не узнали о Вашей тайне, отец Алексий! – С этими слова он грузно плюхнулся, словно мешок с картошкой на кожаное сиденье своего автомобиля. Шофер, поклонившись, закрыл дверцу.

«Благодарю, Господи!» – про себя воскликнул отец Алексий и быстрыми шагами направился в отдельно стоящий домик с кукольной башенкой. Там находился его офис, приемная и Малая трапезная.