Зимний пейзаж с покойником

 – Сынок-то хозяйский со двора ушел еще до криков! И неизвестно, где живописец Алявдин пребывал все это время. Вдруг не спал? Что он сам скажет?

* * *

Живописец Алявдин очень хорошо помнил, чем он занимался в нужное сыщикам время. Этот немолодой человек с помятым лицом, в странном, забрызганном радужными красками одеянии, ни минуты не раздумывал над ответами.

– Спал я, – уверенно сказал он. – У Сереги спал на топчанчике. Выпили чуток, и меня сморило. Умаялся я, как папа Карло. Аврал, чего хотите? Вынь им все завтра да положь.

Но разве творческое сознание подчиняется приказу? Оно свободно! Даже когда я расписывал здание Дворца бывшего просвещения…

– Вы помните, в какое именно время заснули? – перебил его Рюхин.

– Ну и вопросы у вас, господин следователь! Где вы такого идиота видели, чтоб отключился и тут же на часы поглядел – вот, мол, храплю как раз вовремя. Не смотрел я на часы! Не смотрел! Да у меня их и нету уже лет пятнадцать. К чему? Я не кормящая мать, чтоб по часам жить.

Я свободный художник! Когда я расписывал особняк начальника Нетской таможни Бударагина, который сейчас сидит…

– И сколько же вы проспали?

– Что я, считал про себя, что ли? – усмехнулся Георгий Степанович, наморщив длинный нос с пятном голубой краски на кончике. – Да и не спал я по-хорошему – так, подремывал. Заснешь тут, когда Колька за стеной молотком своим лупит. Надоел хуже горькой редьки! Тук да тук, да во дворе еще хозяйский сын-придурок что-то взрывает.

Разве это условия для творчества? Вот когда я…

– Когда сверху послышались крики, взрывы во дворе еще продолжались?

– А черт их знает! Я же задремал. Как раз тут покойный Колыванов мне сниться начал. Пришел будто он в правление Союза художников с Колькиным молотком и давай там по чернильницам бить – тук-тук-тук. А чернильницы крепкие, непроливашки – не даются. Он снова тук-тук-тук, а я…

– Значит, стук молотка вы все-таки слышали?

– Поминутно! Не знаю никого зануднее Самоварова.

Артем Рюхин наклонился к майору и прошептал:

– Это косвенно подтверждает алиби специалиста по дереву…

– Иди ты! Сам дерево, – огрызнулся майор. – Это и так ясно. Вообще вся эта шушера из подвала мне уже надоела. Я не Самоварова имею в виду, Самоваров мне друг! Но нечего нам тут ловить. Мотивы у художников какие? Ничего серьезного. Нет, ты ищи, кому выгодно!

– Ближайшим родственникам, кому же еще, – быстро и четко ответил Рюхин.