Корень смерти

Впрочем, она и сейчас там обитает, явно с удовольствием перерабатывая. Она с трудом представляла Ва?рвара в роли бабушки. Хотя и прошла тогда полное обследование. Врачи развели руками и сообщили, что все анализы в норме. Подумала, что дело в Макаре, но сказать ему об этом так и не решилась, оставив в тайне визиты к врачам. Поднимать этот вопрос с мужем показалось постыдным. В конце концов, они оба смирились с бездетностью.

– Сенька, ну, ты чего, уснула? Привет, что ли!

Странная тётка сделала попытку обняться, Есения увернулась.

Теперь уже она стояла лицом против солнца, предоставив возможность Есении себя рассмотреть. Узнавание пришло вместе с очередным выпадом приехавшей: – Я Лера! Неужто, так сильно изменилась? – она приподняла очки.

– Валерия Воронцова, надо же! Выглядишь шикарно, – теперь Есения её откровенно и с интересом разглядывала.

– Профессия обязывает, лицом зарабатываю, – она заметила губы Есении, медленно растягивающиеся в язвительной усмешке. – Ничего смешного, пою я.

В кабаках, – добавила она, предвосхищая очередной вопрос.

– Лицом что ли поёшь? – не унималась Есения.

– Много ты понимаешь в своей тайге! – похоже, Лера начала заводиться. – Это в оперу ценители ходят, голос слушать, моя публика больше на морду пялится.

– Наверное, не только на морду, – подмигнула Есения, окидывая взглядом шикарные бёдра и не меньше пятого размера бюст певички.

Тогда, в детском доме, Лера Воронцова со смешными косичками, торчащими в разные стороны, меньше всех цеплялась к странной девочке Есении.

В отличие от многих, которым не давало покоя затворничество «Чёрной Сеньки», Валерия с детства чётко знала, чего хочет. Она становилась на кровать в большой спальне и пела, пока её не снимала дежурившая нянечка. Потом, уже в средних классах, она принимала участие во всех секциях художественной самодеятельности, которые только организовывали в детском доме, просила преподавателей снова и снова слушать её. Лера спала и видела себя звездой.

Подумать только, не изменила мечте!

– Как ты нашла меня? – вынырнула из воспоминаний Есения.

– Варвара Степановна подсказала.

– Ва?рвар?!

– Она сообщила о гибели Макара. Мы приехали на похороны.

Солнечное сплетение сдавило так сильно, что Есении стало нечем дышать, она уставилась на Леру, ожидая дальнейших объяснений.

– Филипп – сын Макара, – выдавила та из себя, пытаясь сморгнуть выступившие слёзы.