Мерцание зеркал старинных. Странная любовь

Отец кашлянул в кулак, но ничего не ответил.

При выезде из города папа приказал остановиться, прижал меня к себе и поцеловал в темечко.

– Я, дочка, дальше не поеду. Чему суждено… Господь и без меня управит. А ты, милая, помни, что я тебе наказывал: кланяйся от меня Петру Борисовичу.

И, бурча себе под нос: «Авось услышит Господь мои молитвы», – он спешно вышел и пересел в коляску, следовавшую за нашим экипажем. Далее я отправилась одна.

Пять дней путешествия прошли не слишком тягостно.

Я читала, валяясь на мягком диване, уплетала диковинные фрукты из графских оранжерей и всякие вкусности, прихваченные из дома. По Федьке поскучала, но недолго. «В конце концов, нам нужно было отдохнуть друг от друга. Он так стремился получить повышение в военном чине, вот и пускай теперь помесит сапогами грязь. Ему разлука только на пользу… да и мне тоже», – беспечно рассуждала я, откусывая сочный персик и болтая ножкой в такт мерному покачиванию кареты.

Несмотря на все удобства, дорога действительно была утомительной.

Как и советовал папа, мы сделали остановки в Новгороде, Твери и еще в нескольких городках. Нас принимали в путевых дворцах для высокопоставленных особ, где предлагали вволю вкусной горячей еды, умыться и переодеться. Последняя на Тверском тракте остановка была подле самой Москвы. После многодневной тряски мне требовался отдых, чтобы прибыть в Первопрестольную во всем блеске, как подобает барышне из высшего общества.

Разминая затекшие ноги, я прогуливалась в огромном парке подворья Петровского монастыря.

Неподалеку достраивался огромный путевой дворец, где, путешествуя между двумя столицами, намеревались останавливаться венценосные особы. Это действительно было роскошное здание, не то что «дворцы», где я ночевала в пути и меня встречали «как королеву». Я залюбовалась затейливым замком из красного кирпича, отделанным белокаменными деталями, напоминающими узорчатые наличники древнерусских церквей. Овальные окна и главный вход с белыми колоннами выглядели удивительно гармонично. Основной корпус венчал узорчатый купол. Кирпичная стена с зубчатыми башенками смотрелась как крепостная, возможно, потому, что вокруг был вырыт глубокий ров, а через него перекинуты каменные мосты. Дворец еще не был закончен, но уже поражал красотой и величием. «Ах, как жаль, – подумалось мне, – что я не принцесса! Сидела бы в таком замке и ждала своего принца».