Стекло

С медиками Симон потом разобрался: сначала рассказал им про приступ, затем о непереносимости женой всякого рода больниц. Попросил ей сделать укол, чтобы она поспала, а завтра они покажутся своему врачу.

Убедительно изъясняться было его профессией. Он только что отмылся, заблестел как стёклышко. Все ушли, жена уснула, а он любовался собой, стоя перед зеркалом и засунув руки в карманы брюк – он был великолепен! Да, он чуть не прокололся, и всё же он не знал себе равных. Его гений утверждался с каждым днём.

Когда-нибудь Симон взойдёт на саму вершину и станет властителем мира. Только не надо забывать об осторожности. Если ему так хочется с кем-то делиться, так пусть этим кем-то будет глупышка Нора – такова она была в его представлении, но он должен держать под контролем каждое её движение и вовремя опустошать ей мозги; лучше иметь в запасе побольше разных историй, которые он ей потом преподнесёт, когда она очнётся.

***

Так и не выяснив – почему в прихожей валялись предметы из ванной и почему была разбросана обувь, Нора приняла приглашение поужинать.

Чувствовала она себя не в своей тарелке, когда её тарелкой занимался Симон – с ним это было впервые. Он накладывал ей салат, предварительно сдобрив маслом оливы, накладывал тёплые отбивные, наливал в бокал красного вина из своих запасов для особых поводов.

Сейчас Нора должна была согласиться, что их семейная жизнь становится всё лучше и лучше, Симон ведёт себя всё обходительнее с ней, но откуда взялось это чувство, закравшееся где-то в самом отдалённом уголке её души, что всё настолько плохо, просто из ряда вон?

– О чём будет книга? – Симон распиливал ножом отбивную, поглядывая на Нору в ожидании ответа.

– Что? – Нора до сих пор пребывала в другом измерении. – Какая книга?

– Та, что ты пишешь. – Он положил себе в рот отрезанный кусок, невозмутимо начал жевать.

– А-а… – Нора очнулась. – Книга… Извини, не сразу сообразила – про что ты. Ещё не знаю о чём она будет.

– Разве ты не начала её писать?

– Начала.

– И не знаешь о чём она?

Нора пожала плечами, слегка растерянно.

– Это детектив! – спохватилась она.

Симон поднял брови выразив интерес. Ему нравилось её новое занятие – так она казалась ещё беззащитнее, напоминала ребёнка, воодушевлённого интересной игрой.

– Хочешь прочесть начало? – предложила она.

Он отклонился назад и будто прикрылся скрещенными столовыми приборами, которые держал в руках – его жест говорил, что он пас.