Три Маргариты

Как Генрих и привык поступать: выскальзывать из сложных ситуаций он умел, а тонкостями деловой переписки не владел, образование оставляло желать лучшего, много лучшего – за это отдельное спасибо гордой Жанне д’Альбре, когда-то не согласившейся отдать сына на воспитание религиозным противникам в Луврский дворец. «Да ведь мы сделаем из него короля!» – верещала Екатерина Медичи. «Спасибо, не надо», – так вкратце можно пересказать обмен любезностями двух ненавидевших друг друга женщин.

И как часто Маргарита приходила на помощь мужу! Писала письма от его имени, сделала знаменитое обращение «Оправдательная записка Генриха де Бурбона», 1574 год – и вельможи потрясены его слогом и мудростью!

Маргарита многолика, но в одном последовательна: не спала с теми, кого не любила.

«Нетипичная королева» могла позволить себе такую роскошь. Постель для любви, а не для достижения сиюминутных или далеко идущих целей. Таких королев мир не знал – ни до, не после. Маргарита была единственной. Честной, отважной, ни на минуту не забывавшей о благе семьи.

Маргариту не любила мать – но ее любила Франция, страна до сих пор бережет память о ней. Ее мемуары – полезное чтение для французов, да только ли для них? Она вовсе не заботилась о создании памятников рукотворных, при жизни под ее именем был напечатан только маленький трактат «О превосходстве женщин», написанный за год до смерти, да и эту публикацию осуществил ее оппонент.

Десяток стихотворений, созданных будто между делом. И торопливые записки. Правда ей приходилось останавливаться на достаточно щекотливых моментах, рассказывать подробней. Объяснять. Иначе потомкам и вовсе ничего о ней не понять.

Откуда она знала, что эта будто бы непросчитанная, но угадываемая небрежность придаст ее образу романтический ореол? Ощущение, что знала. Изящная пунктирность изложения открывает широкое поле для умозаключений – и не дает возможности судить наверняка.

Ну вот, что-то проясняется, подумала Рита, – и как кстати вот это:

«Доверительная по характеру переписка Маргариты и Генриха в 1605–1610 годах доказывает, что их отношения восстановились полностью: королева обсуждала с ним свои имущественные проблемы, просила помочь своим друзьям и придворным, искренне радовалась появлению законных королевских отпрысков, наконец, выполняла различные поручения короля.