Королевский гамбит. Сборник рассказов

Парадокс этого состояния был в том, что именно сейчас он чувствовал себя еще более живым, чем при жизни.

– Хватит танцевать. Просто представь больницу. – Незнакомец прервал ход его мыслей.

– Танцевать? Я разве делал что-то подобное?

– Ты идешь по волнам, которые тебя окружают, а не формируешь те, которые нужны тебе.

– Эмм… Прости, конечно, но я всего пять минут, как умер. Я попробую еще раз. – Что-то стало подсказывать ему, что юноша не такой тертый калач, как ему казалось с самого начала. Он был уверен, что у его кровати каждый вечер стоял рок, сила, владеющая судьбами, в конце концов какой-нибудь посланец с небес, чья работа – провожать умерших или вершить правосудие после смерти.

Дело, однако, принимало совсем иной оборот. И парень казался ни тем и ни другим, а, подобно ему, застрявшим там, где ему быть не пристало. Но это – потом. Он обо всем расспросит его потом. А сейчас он снова зажмурился, и попробовал представить больницу. И на этот раз у него получилось.

Приемный покой был переполнен.

В коридорах сидели и лежали люди, кто-то постанывал, держась за живот, у кого-то голова была перемотана грязной тряпкой с подтеками крови. Он вдруг почувствовал, как что-то резко поддернуло его вверх, пространство вокруг закачалось и поплыло. Его спутник приблизился к нему вплотную, и он ощутил исходящую от него тревогу.

– Дефибриллятор, – скупо произнес он, но что-то выдавало его волнение.

Рывки продолжались и он снова зажмурил глаза, чтоб остановить крутящуюся перед глазами карусель.

Хотя все внутри него ликовало. Они вытащат его. Они вернут его обратно!!!

– Тебе нравится идея провести оставшиеся дни своей жизни в виде овоща?

Стоп! Логика, его хваленая логика тут же начала выстраивать в его уме новые цепочки смысловых связей. «Оставшиеся дни» – значит они все – таки есть. Парень врал. Или, как минимум, не знал всего. И он явно нервничает. Как много своего смысла мы вкладываем во все, особенно там, где трудно дотянуться до истины. Безликая и всесильная фигура смерти оказалась встревоженным нахохлившимся цыпленком.

Но остается тогда всего лишь один вопрос: «Для чего?»

В эту минуту толчки ослабли. И вовремя. Он почувствовал, что злится, раздуваясь и превращаясь в небольшой вихрь, вырываясь из чужих стонов, волн боли, отчаяния и безнадежности, которые поначалу так плотно окружили его.

«Для чего?» – он произносил это, как грозный вопрос внутри себя, но парень все понял. Он стал неуловимо таять прямо у него на глазах.