Метро 2033. Дворец для рабов

 – Так вот, в одной из глав утверждалось, будто, воздействуя на человека на определенной звуковой частоте, его можно запрограммировать на совершение неких действий, если вообще не на самоубийство. Вроде как спецслужбы данным методом активно пользовались.

– И к чему ты рассказываешь мне это? – подозрительно сощурившись, спросил Тим.

– Ищу объяснение тому, отчего ты вдруг резко поглупел!

Тим и сам не заметил, как вскочил. Женька тоже оказался на ногах.

– Ты всегда упертым был, но раньше хотя бы наивностью не страдал! – закричал он.

 – Думаешь стать героем? Склеивателем осколков цивилизации, тьфу… А вот нет, фиг тебе, только погубишь всех нас! Ты, конечно, как лучше хочешь, не скотина последняя все же, да только стоит до столицы добраться, возьмут тебя под белые рученьки и потащат на допрос. И, знаешь, гложут меня сомнения, будто ты оттуда сумеешь выйти не на тот свет. Но прежде чем тебя порешат, расскажешь и про то, где бункер находится, и сколько у нас стволов, и про количество запасов. Короче, поведаешь обо всем, о чем ни спросят!

Кулаки у Тима так и зачесались.

– Ты меня… по себе-то не равняй! – заорал он.

– А ты не мни себя героем, – сказал, будто выплюнул, Женька. – Или, думаешь, с тобой будут вести задушевные беседы? Играться, как мы в детстве, в казаки-разбойники? Не угадал: и бить, и пытать, и засовывать иглы под ногти. Вась Васич тебя не порол никогда, а зря – следовало!

Это стало последней каплей, Тим сжал кулаки, подаваясь вперед и намереваясь как минимум сломать Женьке нос, если не придушить гада, но отлетел к стене, о которую саданулся затылком, и сполз на пол, не сразу сообразив, что произошло.

Вернувшийся конвоир аккуратно, но сильно засадил прикладом ему в грудину. Сил дяде Ване было не занимать. Он тотчас подскочил к упавшему Тиму и, ухватив за плечо, поднял – дезориентированного и с гудящей головой.

– А ты не балуй, – пробасил он. – Чего удумали, черти?

– Уже ничего, – выдавил из себя Тим.

– Вот-вот, – сплюнул под ноги Женька. – Как только приложили легонечко, сразу остыл и гнев с яростью в зад засунул. А ведь тебя еще не били по-настоящему.

– Да пошел ты! – выкрикнул Тим.

– Вот и пошли, – хмуро сказал дядя Ваня. – А ты, Евгений, заткнись.

Кабинет Колодезова представлял собой комнатушку четыре на шесть метров с потолком, едва не опирающимся на макушку прямо стоящего Тима. Стены справа и слева подпирали стеллажи со всякой всячиной.