Метро 2033. Дворец для рабов

Витас по-прежнему сидел с закрытыми глазами и, соответственно, видеть движения не мог, однако как-то его почувствовал, перетек из сидячего состояния в положение стоя (по крайней мере, показалось именно так) и подошел. Веки у него оставались закрытыми, и почему-то Тима именно это пугало до дрожи.

– Видишь ли, – со вздохом признался Колодезов, – все это время я думал.

– Так это твоему долгодумию я обязан столь длительным содержанием в карцере? – пошутил Тим. – Признаться, я в нем чуть не свихнулся.

Он пытался говорить спокойно, но нервозность проскользнула в голосе.

Все нутро скрутило от предчувствия чего-то очень нехорошего, а из-за столь близкого присутствия Витаса, казалось, зашевелились волосы на затылке.

– Облегчает воздействие, – бесцветным голосом произнес мутант.

– Вот как? – переспросил парень. – Воздействие? На меня?..

Витас предпочел промолчать.

– Видишь ли, я не мог держать тебя в карцере вечно и не мог позволить сбежать, – сказал Колодезов.

– Но ты решил меня отпустить, ведь так? – с нажимом проронил Тим.

– Так… – выдержав поистине театральную паузу, кивнул Колодезов. – Но…

– Но? – переспросил Тим. – Не тяни ты кота за яйца! Говори!

– Я не могу позволить тебе раскрыть бандитам местонахождение поселка, – ответил Колодезов и щелкнул пальцами. В тот же миг руки Тима оказались в крепких захватах неслышно подступивших к нему солдат. Ох, какую же ошибку он совершил, отвлекшись на разговор с Колодезовым и слежку за Витасом. Не тех он счел наиболее опасными, точно не тех!

– Тс-с, – просипел мутант.

 – Больно не будет, ты просто забудешь.

– Забуду дорогу домой? На фиг я тогда иду в Москву? Как я приведу помощь?.. – вопросов было слишком много, но отвечать на них никто не спешил. – Да ты… – Тим больше не мог сдерживаться. Страх за себя и обида на Колодезова, по собственной воле отдавшего родственника на эксперименты мутанту, взяли верх, и он выпалил все то, о чем раздумывал давно, но говорить не собирался: – Ты просто потерять власть боишься, дядь Вась.

Потому и в тайне требовал держать, что в Москве есть выжившие. Заперся в бункере, стал местным царьком и трясешься, как бы народ не разбежался или кто-нибудь на твое место не позарился!

– Доверься, – попросил мутант и наконец распахнул глаза – огромные, полные мглы и тьмы, в которую Тим и упал…

* * *

…Тишина давила на уши и плечи, а темнота не желала отпускать, кто-то рядом стонал, а чуть дальше тихо напевал.