Новая Зона. Принцип добровольности

– Ладно, по фиг мне, не моросите тут, – презрительно заявил им Ворон, отщелкнув сигарету на асфальтированную площадку перед подъездом.

Они расступились, сталкер открыл дверь магнитным ключом и зашел в подъезд. Денис, переведя дух и наконец не скрывая улыбки, поспешил следом. Когда дверь за ним закрылась, он услышал, как амбал тихо сказал:

– Гопота, мать их…

Ворон фыркнул.

– А ключ откуда? – поинтересовался Денис, пока поднимались на третий этаж. В подъезде оказалось много уютнее, чем снаружи. Здесь отсутствовали граффити, почтовые ящики оказались новыми и чистыми, а на подоконниках расставлены папоротники и кактусы, а также пепельницы.

– Универсальный чип, – ответил Ворон, пожал плечами и скривился. – Все же правильно я не курю: гадость порядочная, во рту – будто кошки наблевали. А что особенно обидно, никакого отравления никотином, легкого опьянения и наркотического эффекта. Туфта и идиотизм.

– Твои бы проблемы да тем, кто бросает, – усмехнулся Денис. – А здесь неожиданно уютно.

– Подтверждается теория разбитых окон.

– В смысле?

– Согласно данной теории, если кто-то разбил стекло в доме и никто не вставил новое, то вскоре ни одного целого окна в этом доме не останется, – пояснил Ворон. – Иными словами, явные признаки беспорядка и несоблюдения людьми принятых норм поведения провоцируют окружающих тоже забыть о правилах. В результате возникающей цепной реакции «приличный» городской район может быстро превратиться в клоаку, где людям страшно выходить на улицу.

То же касается и дворов, домов, подъездов и прочего. Сентенция о том, что беспорядок распространяется как эпидемия, была сформулирована в Америке еще в восьмидесятых. Здесь всего лишь применили ее на практике. Начали с закрашивания граффити и уборки мусора.

Выдра открыл дверь, не дожидаясь, пока они дойдут до площадки и позвонят. Пожалуй, встреть Денис его на улице, точно не узнал бы. Не походил представший перед ними человек на серого кардинала, бухгалтера, юриста и правую руку «реального пацана» Стафа, да и на иностранного бизнесмена, играющего в теннис с самим Олегом Дмитриевым, – тоже.

Очков не было, как и светлых волос. Перед Денисом стоял и улыбался мужчина лет сорока: темноволосый, подтянутый, с легкой небритостью на щеках, наверняка тщательно подстригаемой. В серой безрукавке с синей надписью «Девиант-стайл» на левой стороне груди и черных джинсах, закатанных до колен, босой.

– Сколько лет… – произнес он, протягивая Ворону руку.