День всех влюбленных

– Я в самом деле не знаю, что мне теперь делать, – сказал он, а потом, опять обернувшись к Кэт, спросил: – Слушай, у тебя есть мобильник? Я бы отцу позвонил… У них там в фирме какой-то аврал. Отец сказал, что вернется очень поздно, то есть рано… ну, в общем, к утру. Но, может, он все же сможет вырваться на часик домой… Не ночевать же мне на лестнице в одной футболке и шлепанцах!

– У меня нет мобильника. Но я могу сбегать домой и позвонить твоему отцу с домашнего телефона. Хочешь? Или пойдем со мной… Позвонишь от нас.

Ты же знаешь, я живу напротив. Два шага всего… Не успеешь замерзнуть. Пошли!

– Н-нет… – покачав головой, не согласился Руслан. – Придется от соседей. – И он подошел к обитой лакированной вагонкой двери.

– Я подожду, а то мало ли чего! – крикнула Кэт, когда Руслан уже почти скрылся за дверями квартиры напротив.

Она подошла к окну и села на подоконник, размышляя о том, что события разворачиваются совершенно не в том ключе.

Дурацкая дверь! Если бы не она, то все получилось бы, как Кэт и хотела. А теперь что? Может, снова поцеловать? Нет! Элемента неожиданности уже не будет. Объект подготовлен и, возможно, уже вооружен против нее. Вот незадача! Что же делать?

Шмаевский отсутствовал недолго. Он вышел из чужой квартиры, рассыпаясь в благодарностях и приговаривая:

– Нет-нет… спасибо… Я его тут подожду… да-да… не волнуйтесь… я не замерзну…

Когда сердобольные соседи все же захлопнули дверь своей квартиры, Руслан подошел к Кэт и уселся рядом с ней.

Из спортивных брюк смешно высунулись голые ноги в кожаных шлепанцах.

– Ну? – спросила его Кэт. – Что сказал отец?

– Сказал, что приедет. Орал ужасно: мол, я безответственный и все такое…

– А ты сказал, что не виноват?

– Нет, конечно.

– Почему?

– А как ты себе это представляешь? Я должен был рассказать, что ко мне пришла Катя Прокофьева и… – Руслан замолчал.

– Ну… ты мог бы сказать, что я пришла за какой-нибудь тетрадью, а дверь… сама… нечаянно… С кем не бывает?

– Но ты ведь не за тетрадью… – проговорил Руслан и поднял на одноклассницу глаза.

– Не за тетрадью… – эхом повторила Кэт, не отводя от него своих глаз.

– А зачем?

– Ты же уже знаешь зачем…

– Мне все равно непонятно… – пожал плечами Руслан. – Я никогда не замечал, чтобы ты…

– А что ты вообще замечаешь, кроме Ракитиной? – перебила его Кэт.