Юна – единственная

А тот тип мне действует на нервы.

– Это повод лишний раз убедиться в том, что я гениальная актриса, а завтра стану твоей законной женой, – ответила Дейзи. – После спектакля я верну герцогу его подарки.

Дин обхватил ладонями личико Дейзи, эти глаза никогда не врут, а губы говорят только правду. Сколько раз ему хотелось уйти из труппы, но жизнь без средств, всегда сдерживала, к тому же, он был предан искусству игры на сцене. Но чтобы защитить любимую – он был готов на всё.

– Мне Уильям Конгрив[14 - Уильям Конгрив (1670 – 1729 гг.

) – английский драматург эпохи классицизма, стоявший у истоков британской комедии нравов и прозванный «английским Мольером».] пообещал роль в его «Двойной игре», – проговорил он.

– Вот это да. Я читала пьесу, это что-то потрясающее, – улыбнулась она. – Он будет свидетелем на нашей свадьбе.

– Согласился? – Дин чуть не подпрыгнул от удивления. – Перед тобой никто не устоит.

Один за другим прозвучали три громких удара гонга, возвещающих о начале действа пьесы.

Темно-красный бархатный занавес медленно поднялся, заиграли музыканты.

– Вот она, – шепнул герцог Уитфорд своему другу.

– Чарльз, ты сошёл с ума, – ответил тот. – Она же актриса.

– Я её украду, – улыбнулся молодой человек. – Уже всё подготовлено.

* * *

После спектакля Дейзи получила огромный букет роз с запиской от герцога Чарльза Уитфорда с просьбой выйти в сад возле театра.

– Чёрт, сукин сын, франт напыщенный, – Дин разорвал записку на мелкие кусочки. – Ты никуда не пойдёшь.

– Я должна расставить все точки, – ответила она и нежно взяла его за ладонь, сжимая в своих руках.

 – Ты же обещал.

Дин поцеловал её руки и обняв, прижал к себе. Его сердце стучало, предвещая что-то нехорошее.

– Будь осторожна, – он поцеловал её в губы и разжал объятия.

Дейзи положила в небольшую шкатулочку изящное кольцо с алмазом, жемчужные подвески, медальон из светящегося золотом прозрачного янтаря, и изумрудное ожерелье.

Раздался лёгкий стук и в маленький проём открываемой двери, просунулась голова молодого круглолицего человека двадцати трёх лет, среднего роста, с детскими сияющими глазами.

– Заходи, заходи Уильям, – весело проговорил Дин.

Уильям Конгрив вошёл в комнату.

– Леди, вы были неподражаемы, – он поцеловал руку Дейзи. – А ты, негодяй, как ты мог умолчать о вашей свадьбе? – он хлопнул Дина по плечу и по-дружески обнял. – Поздравляю. Надо же скрыть от меня такое, – он отошёл от них на шаг, смотря на обоих. – Вы мне нравитесь.