Драконий пир

Ещё усы бы тебе, и совсем стал бы как твой покойный отец. Прямо одно лицо…

Калчо чуть запнулся, видя, что собеседник помрачнел после слова «покойный». Писарь опустил глаза и продолжал:

– А я всё гадал, ты ли это. Тебя трудно узнать в турецком одеянии и доспехе.

– Да, я одет по-новому, – ответил Влад. – А ты – всё так же в поношенной рясе, как был четыре года назад. Я помню, мой отец хотел прибавить тебе жалованье. Значит, он не успел?

– Не успел.

– А что же Владислав, который занял место моего отца? Он тоже жалованья не прибавил?

– Да где уж взять денег на прибавку жалованья, господин Влад, – вздохнул Калчо.

 – Казна пуста. Одна война идёт за другой. В прошлом месяце Владислав ушёл в поход, а теперь ты к нам пришёл с войском…

– В прошлом месяце ушёл в поход? – перебил Влад. – И с тех пор не возвращался?

– Нет, не возвращался, – ответил писарь. – Он лишь прислал письмо, в котором велел своей супруге взять сына, собрать всё, что можно из вещей, и скорей ехать за горы, пока не пришли турки и не ограбили дочиста.

Влад не удержался от ехидного смешка, представив себе, как семья Владислава бежит за горы, в венгерскую Трансильванию, со всем скарбом, но затем подозрительность снова возобладала над весельем, и на ум пришёл вполне резонный вопрос:

– А что же ты остался? Не боишься турок?

– Бояться-то боюсь, – ответил Калчо, – но только года мои уже не те, чтобы по первому слову отправляться в неведомый путь. Ноги плохо ходят. В молодости я за горами не был, а сейчас и побывать не хочу.

Лучше уж я здесь посижу, подожду, что дальше случится, да и за канцелярией надо кому-то приглядеть. – Писарь помолчал и добавил: Господин Влад, окажи милость, вели туркам, чтоб ничего в канцелярии не трогали. Всё равно там для них поживы нет. А то они уже приходили, ничего не взяли, но вещи разбросали, ларь один запертый сломали, а я бы им и так открыл, да только они не стали ждать, пока я за ключом схожу, сорвали навесной замок. Только зря силы потратили, ведь в ларе не нашлось ничего – только печать Владислава запасная, да воску красного кусок, да чернил банка, да перьев пучок, да листов…

– Хватит причитать.

Сам же сказал, что ничего не взяли, – оборвал его Влад.

– А ещё в том ларе письмо было для тебя, – продолжал писарь. – Я его для сохранности в ларь положил, чтоб вручить, ведь важное, наверно, письмо. Кто бы стал тебе по пустякам письма слать в такое время?

– Мне? Письмо? – удивился Влад.

– Тебе, господин, – кивнул Калчо. – Тебе.