Принцесса из села

Взявшись двумя пальцами за переносицу, Герман Дмитриевич прикрыл глаза.

– Это просто сумасшествие какое-то…

Вот тут я с вами полностью согласна, господин начальник.

Глава 4.

Герман.

В то время, как Вероника готовилась к своему первому показу в специально отведённой для неё Гримёрке (о чём позаботился Герман), сам Герман на пару с его давним другом детства Михаилом, отправился в кабинет, чтобы не видеть бардака, происходящего за кулисами.

– Это просто сумасшествие, – присаживаясь в директорское кресло сказал Герман.

Мужчина положил ногу на ногу и отвернулся к окну, потерев лицо ладонью. После чего задумчиво поджал губы и уставился на вид за окном.

– Ну а чего ты хотел, Герман? – присаживаясь на диван, ответил Михаил. – Настали тяжёлые времена. Нам просто необходимо чем-то жертвовать.

Начальник резко развернулся, серьёзно зыркнув на собеседника.

– Чем-то жертвовать? Не хочешь ли ты сказать, что я должен жертвовать имиджем компании?

Михаил многозначительно развёл руками.

– Ты уже им жертвуешь. Ещё с того момента, как согласился подписать контракт с французами.

– Эти грёбаные французы! – схватив первое, что попалось под руку (это оказалась именное позолоченное перо, подаренное Герману его покойной матерью ещё в детстве), он закинул его подальше. Михаил, до того уверенно раскинувшийся на диване, дрогнул, опустив руку вниз. – Они даже не знают, как всё устроено в этом бизнесе!

– Компания на грани разорения. Это наш последний шанс, ты же сам знаешь.

– И почему? Почему?! Потому что отец не позволил мне исправить всё, когда ещё можно было это исправить?! А теперь, когда он отошёл от дел, я должен подчищать за ним дерьмо! Пытаться вытащить компанию! Знаешь, – во взгляде Германа проскочила задумчивость, быстро перемешавшаяся с печалью, – иногда мне кажется, что это невозможно.

– Ерунда. Мы вылезали и не из такого, дружище, – попытался успокоить Михаил.

– Спасибо, – коротко кивнул начальник, снова отводя взгляд на небоскрёбы по ту сторону окон.

Он продолжал, не глядя на друга: – Я ценю твою поддержку. Всегда ценил. Но сейчас мне нужно что-то повесомее простого «всё будет хорошо».

Михаил молчал. Он не знал, что ответить. Он знал только то, что сейчас лучше помолчать. Слова тут не помогут.

В комнате повисла гнетущая тишина. Только звуки тихо переговаривающихся за стеной работников изредка нарушали эту тишину.

– Что с девушкой?

– С девушкой? – вернувшись из раздумий, переспросил Герман.