Стенд

Они обязательно проверять кинутся, кубик не бросать!

Есть такая спецотрядовская игра – кошки-мышки. Догонялки по трубам с элементами пряток. И все почему-то предпочитают быть кошками, мода такая, что ли? Стась не любила спорить, а играть любила, и потому за все спецотрядовское время кошкой не была ни разу. Зато успела на собственном мышином опыте убедиться, что мусоропровод подходит для чего угодно, но только не для успешного удирания. И лучше всего он подходит для бросания камня по кустам, поскольку с точки зрения среднестатистической кошки является почему-то объектом весьма привлекательным – ни один из догоняющих не способен совладать с маниакальным желанием обязательно поймать тебя именно там.

А вот вентиляцию они практически всегда игнорируют. Интересно, почему? Вентиляция – штука хорошая, вам любая мышь скажет. Если, конечно, она – стандартная. Вентиляция, конечно, а не мышь.

Система была стандартной. То есть – сдвоенной. Только двери мужского отсека выходили в тот же самый зал.

Всего лишь метров на десять дальше…

***

Стенд

Нижняя площадка

Эльвель

Стоянка была пуста.

– Они всегда играют без правил, – сказал Рентури, и голос его звучал обиженно. Ощущение нереальности происходящего было острым и почти болезненным, на какое-то мгновение показалось даже – это просто полуденный сон, нереальный и нелепый, как все сны. Сами подумайте – чтобы отпетый орс рассуждал о правилах без привычной презрительной ухмылочки и всерьез обижался на их нарушителей?.

.

Всего этого просто не могло быть.

– Нет, ну правда, обидно же – только-только в их систему очков врубились, только-только отыгрываться начали…

Разум старательно цеплялся за мелкие нереальности, уходя от реальности большой. Той самой реальности, в которой многословный от обиды Рентури был, а не было совсем другого. Много чего другого больше не было в этой нереальной реальности.

Не было вереницы странных отчаянно-оранжевых сейтов, сейтов наземных, странных таких, перевернутых, от их опрокинутого вида всегда начинала слегка кружиться голова и путалось ощущение верха и низа.

Одни уже эти сейты выдавали в пришельцах чужаков даже больше, чем их полное неумение ходить по вертикали. Даже больше, чем странные остро пахнущие штуки – иногда гудящие, иногда бесшумные, маленькие или большие, летающие или стоящие на месте, но входящие в одно определение инвентаря – машины.

Впрочем, машин тоже больше не было.