Ведьма твоих желаний

И требую, чтобы ты услышала меня! – повысила голос бабушка. – Не лезь в это. Я во всем разберусь!

Она еще что-то хотела сказать, но лишь беззвучно открыла рот и болезненно схватилась за сердце. Стоявший рядом аппарат бешено запищал. Я дернулась к двери, чтобы звать на помощь, но та уже распахнулась, пропуская медсестру. Она быстро осмотрела приборы и вызвала по небольшой рации доктора.

Уже спустя мгновение тот появился на пороге вместе с плечистыми медбратьями и каталкой. Мужчины сноровисто переложили на нее мою бабушку.

– В реанимацию, – отдал приказ Геннадий Викторович.

Меня словно никто не замечал, а я стояла ни жива, ни мертва, и не знала, что делать. Опомнившись, я выскочила вслед за всеми в коридор, но бригада уже завозила тележку в лифт.

– Да что же творится?! – бессильно выдохнула я и нервно сжала пальцы.

Внезапно меня крепко ухватили за локоть и дернули назад.

Шипя от боли, я влетела обратно в палату. Хлопнула, закрываясь, дверь.

– Она не выживет, если ты и дальше будешь медлить, – строго выдал удерживающий меня Дартелион.

– Я?! – возмущенно удивилась в ответ. – Я не врач, не целитель, что я могу?!

– Уничтожь пентакль, – на полном серьезе выдал демон, а увидев в моих глазах неприкрытый скептицизм, так же ровно с нотками суровости продолжил: – Твоя бабка всегда была ведьмой средней руки, но мозгами не обделена. Чтобы заточить меня она вложила в печать часть своих жизненных сил. Десяток подпитывающих артефактов максимально минимизировали пагубное воздействие, но сейчас пентакль поврежден и тянет из нее силы, желая вновь закрыть тюрьму.

Я в сомнении поджала губы.

– Но доктор сказал, что они купировали…

– Этот доктор даже причину болезни Маргариты определить не смог. Одни догадки. И, как видишь, их блоки работают максимум сутки, – перебил он меня. – И чем дальше, тем этот срок будет короче, а Маргарита слабее.

Никогда не любила задачи с «выбором». Они не имеют правильного ответа. Вот и сейчас мне предстояло решить подобную дилемму: поверить демону и, возможно, вляпаться в еще большие неприятности, или не вестись на его уговоры и потом всю жизнь мучаться, что не спасла бабушку.

От нервного напряжения я закусила губу, не решаясь сделать хоть что-то. Слишком мало я понимала в происходящем. И спросить совета было не у кого!

– Впрочем, можешь не торопиться, – неожиданно равнодушно заверил Дартелион и вальяжно, закинув одну ногу на другую, расселся на стуле.

Одарила его непонимающим хмурым взглядом.