Ведьма твоих желаний

 – дополнила я свое изначальное шипение и ухватила демона за удерживающую мое лицо руку, намереваясь хоть как-то предотвратить возможное удушение.

Ладонь неожиданно укололо так, что пальцы дрогнули, сжимая мужскую кисть сильнее. Демон же на мгновение словно в камень превратился и холодно процедил:

– Да будет так.

А затем выпустил меня из объятий.

Ватные после всего пережитого ноги отказались удерживать свою хозяйку, и я тут же осела на пол. Чудом не ударилась копчиком. В голове внезапно воцарилась полнейшая пустота.

Неужели спаслась?!

Глава 2

Я ошарашено смотрела на возвышавшегося в паре шагов мужчину и не находила сил даже просто отползти на безопасное расстояние. Впрочем, маньяк пока потерял ко мне интерес, хмуро рассматривая тыльную сторону своей руки.

На его коже сверкал странный символ: две переплетенных между собой линии, заключенные в круг вместе с парой закорючек, напоминавших руны. И зуб даю, раньше его там не было!

Я перевела взгляд на свою ладонь, которая недавно почувствовала укол, и… обнаружила идентичную метку! Правда мой узор практически сразу начал бледнеть.

– Что это? – удивленно пробормотала я.

В голове концы с концами не сходились. Маньяк же точно настоящий, значит и узор… Но как?!

– Метка, – равнодушно пожал плечами рогатый и, присев напротив, усмехнулся: – Вспомни, что я тебе обещал, и о чем ты попросила.

На логику и память я не жаловалась. Раньше. Сейчас откровенно не знала, стоит ли им верить. Но все равно предположила:

– Договор? Будешь теперь меня охранять?

– Придется, – флегматично хмыкнул мужчина, подтверждая мою догадку, и снова потянулся ко мне. – А пока продолжим наше знакомство.

– Нет! – испуганно взвизгнула я и отшатнулась, вскинув в защитном жесте правую руку.

Совершенно не ожидала, что с кончиков пальцев сорвется едва светящийся росчерк и, пройдя в считанных сантиметрах перед лицом демона, устремится в потолок. Звон разбившегося и посыпавшегося сверху хрусталя заставил испуганно взвизгнуть и прикрыться руками.

Мамочки! Да что же это такое?!

Вот только ни один осколок до меня не долетел, вернув ощущение, что все происходящее – лишь плод моего больного воображения.