Возвращение черной луны. Книга 2. Горькая линия

Ему уже пять лет. И мы его всеми правдами и неправдами у себя задерживаем. Потому что отдай в Детский Дом в Полудино – угробят ребенка. А за него американские родители борются уже два года. Из штата Оклахома. У них сынок погиб. А Русланчик оказался точной его копией. Мамаша просто в обморок упала, когда увидела его на фотографии – сына, можно сказать, родного увидела. А Русланчик, здоров, как бычок. То ли на его счастье, то ли на беду. Вот и загвоздка вышла.

– В чем загвоздка? – задала вопрос Лора, ее насторожил Людмилин монолог.

– Да я же говорю, что в Америку мы должны, так сказать, больных детей столкнуть. А нашим российским оставить здоровеньких. Такая установка. Негласная. Ну, откуда у наших деньги на лечение? Понимаете? А проблемы могут возникнуть.

– Да.– Оставалось согласиться Лоре.

– Понятно, идиотизм. Вот теперь идет борьба за Русланчика. Его будущие родителю сказали – костьми падем, но добьемся именно этого ребенка. Пишут ходатайства в разные Международные организации, звонят каждый день Русланчику.

А мы его усиленно обучаем английскому языку. Успехи делает пацан, ну просто умница.. Да вы еще увидите его здесь. Он здесь, как староста. Да и самый большенький. Детей опекает, все про всех знает.

Вот это и произошло. То, зачем она вернулась сюда. Лора чувствовала себя обмягшей, как растаявшее мороженое. Напряжение ушло, и мышцы расслабились, мозги, впрочем, тоже. Хотелось плакать и плакать. Она нашла девочку, о которой мечтала последние годы. У нее будет дочь.

И эта девочка станет называть ее «мамой». Жизнь ее, наконец, обретет смысл.

– Вы сейчас в группу не заходите, а то Сонечка разволнуется.– Сказала Людмила.– Лучше завтра. Приходите теперь хоть каждый день, пока готовятся документы, чтобы она привыкла к вам. Потом гулять с ней будете, наша главная – разрешает. Она добрая. Потом на выходные возьмете. К тому времени документы подоспеют…

– Сколько на это понадобится времени?

– Пара месяцев, думаю, хватит.

4

Выйдя из заведения, где она провела полтора часа, Лора направилась к зеленеющему вдали лесу.

Называли этот лес Мещанским. Возвращаться в город не хотелось. Хотелось остаться одной и долго бродить среди деревьев, заново переживая, словно впервые изведанные ощущения, – это было и счастье, и печаль, и очарование. Она вдыхала свежий запах березовых листочков, вспоминала Соню, слегка раскосые смело смотрящие глазки и нежные детские ручки, вцепившиеся в шею.