Целую тебя, мой Пьер

Её больше поразил взгляд Ланского, смотревшего на Пушкину. Он смотрел с восхищением и… с какой-то нежностью, которую раньше она замечала в его взгляде только по отношению к себе. В глазах Идалии потемнело от обиды.

– Пьер, ты забыл про меня? – резко позвала она Ланского.

Тот удивлённо повернул голову и смутился, поправляя свои роскошные усы.

– Идалия, где ты была? Я тебя потерял, – спросил он поспешно.

– А мне показалось, что ты меня и не искал, – раздражённо ответила она, отгораживаясь от Ланского веером.

 – Чем тебя так заинтересовала Пушкина?

Он взял её под руку и улыбнулся детской улыбкой.

– Меня поразила её любезность к этому ребёнку. Говорят, она и к своим детям очень добра.

Полетике были неприятны его восхищённые слова о сопернице. Настроение чуть подпортилось.

– Ты хочешь танцевать? – спросил Ланской.

– Нет. Пошли в игральный зал.

– Милая, ты знаешь, я не игрок.

– Ну хотя бы постой со мной. Я даже не знаю, где искать Полетику.

Они прошли под ручку в соседний зал, где за разными столами сидело, в основном, мужское общество с редкими вкраплениями пожилых дам, которых не интересовали танцы и сопровождающее их кокетство с противоположным полом.

Нет, здесь страсти кипели нешуточные. Флирту было не место в азартных играх.

Муж Полетики сидел за штоссом. Напряжённый вид игроков, отрывисто бросающих краткие игорные слова, контрастировал с непринуждённой беседой любителей преферанса за соседним столиком. К нему и направилась Идалия.

Она знала толк в этой сложной игре, где нужна была хитрость, умение блефовать и рисковать.

Живя в доме отца – графа Строганова, который не хотел признавать её своей дочерью, она пользовалась большей свободой, чем остальные дети. Прячась за тяжёлые шторы в гостиной, она имела возможность наблюдать долгими вечерами за взрослыми. Граф Строганов был весьма искусным притворщиком, а потому удачливым в преферансе. И много хитростей вольно или невольно Идалия переняла от него. Азартные игры – штосс или фараон – Строганов не любил. Такие игры уважали всё больше военные, вся жизнь которых была расписана на месяцы, а то и годы вперёд. И только вечерами за столами с зелёным сукном они в полной мере могли испытать фортуну, безумно рискуя.

Нет, Строганову это было не нужно и неинтересно. Гораздо увлекательнее для него была возможность обыграть умного и хитрого соперника, померявшись умением блефовать.

Идалии тоже не хотелось просто играть, ей хотелось общаться.