В вихре времени

Когда они были в театре, Маша дала ему свой платок и забыла, и теперь он без конца брал его в руки, вдыхал её аромат… Запах уже давно выветрился, но ему казалось, что он по-прежнему ощущает едва различимый сладковатый привкус её духов.

Было странно чувствовать зависимость от другого человека – от молоденькой девушки, почти девочки, младше его на семь лет. От её улыбки или нахмуренных бровей у него менялось настроение. От её малейшей прихоти хотелось вскочить и мчаться со всех ног, лишь бы она благодарно улыбнулась…

Раньше Елагин с удовольствием осознавал самодостаточность.

Его всё устраивало: интересная работа, наука и хорошее материальное положение. Но внезапно это ушло на десятый план, а на первом образовалась томительная неизвестность: "Я-то влюбился, а она? Да и не один же я у неё поклонник… А сколько? – с обжигающей ревностью думал он. – Что я там, безумец, ей говорил? Что изучаю её? Идиот… Разве так говорят женщине? Роман, что ли, почитать, хоть поучиться, как надо ухаживать… "

Николай раздумывал над тем, куда снова пригласить Машу, и уже подошёл к телефонному аппарату, но не успел снять трубку, как телефон весело затренькал.

– Господин Елагин? Вас вызывает мадемуазель Рябушинская. Соединить?

– Конечно, соедините, – вдруг осипшим голосом проговорил он.

– Николай Константинович, здравствуйте. Вы не могли бы мне помочь? – затараторила Мария.

– Здравствуйте, Мария Степановна, я к вашим услугам.

– Мне нужен учебник по истории для старших классов.

Я свой отдала, а теперь на Высших курсах он понадобился. У вас не найдётся для меня?

– Конечно, найдётся, – проговорил Николай. Боже, спасибо Тебе, что у него есть этот учебник…

– Тогда, может, мы встретимся, а заодно и погуляем, мне надо походить по магазинам.

Желание погулять по магазинам захватило его как никогда.

– Конечно, я за вами заеду, вы не против?

– Жду вас, Николай Константинович, – довольно проворковала Мария.

Учебник, действительно, был нужен.

Но ещё больше Маше хотелось убедиться, что она нравится Николаю. Его спокойный нрав и невозмутимый вид сбивал её с толку. А вдруг она влюбилась, а он нет? Надо выяснить…

Она побежала одеваться, на ходу объясняя горничной Лизе, что та должна доложить родителям, куда пошла их дочь. Уже прохладно – можно одеть новое пальто, пошитое французской портнихой, оно так выгодно облегает фигуру. Шляпка и… прошлогодние перчатки.