В вихре времени

– А как же тогда понять эти нелепые правила, батюшка? – со скепсисом в голосе спросил Николай.

– Дак, женщина – слабый пол, немощный сосуд, её надо опекать, – со вздохом ответил батюшка, наливая себе бокальчик красного вина.

На эти слова никто ничего не ответил. Софья снова отвлеклась на суетливого купчишку, а Николаю надоело спорить.

Пожилая дворяночка вдруг оживилась при виде сладких пирожков, и, схватив самый румяный, радостно обратилась к Николаю.

– А ведь я вас видела недавно, Николай Константинович.

Николай чуть не подавился. Он поспешно проглотил кусок пирога и повернулся к малознакомой даме.

– Где, простите, вы меня видели?

– Да вчера, на катке. Мы с внуком на горке катались, а я смотрю – вы идёте с симпатичной барышней. Ох, и заглядывались на неё мужчины, дырку бы прожгли глазами, если бы могли… Да, красавица – ваша девушка.

Николай упорно молчал. Он продолжал жевать, а тётка сложила руки у груди в молитвенном жесте.

– Колюшка, никак дело к свадьбе идёт? Ты же с Марией Рябушинской гулял?

Николай нехотя ответил:

– Да, с ней.

– И что, Коля? Будет свадьба? – вытаращила глаза Варвара Васильевна.

– Ну-у, может, и будет после Святок… Я сделал предложение, – выдавил из себя Николай.

Резкий звук отодвигаемого стула привлёк всеобщее внимание – внезапно побледневшая Софья встала из-за стола. Она дрожащим голосом извинилась и поспешно вышла из комнаты.

– Что это с ней? – растерялась тётка, – Клавдия, – позвала она кухарку, – поди, посмотри, не надо ли помочь?

Та кивнула и вышла за девушкой. Николай тоже почувствовал беспокойство, но разбираться было некогда. Подходило время ехать за Машей на Пречистенку.

После обеда он прошёл в комнату тётки и под диктовку написал разрешение Софье для учёбы на Высших женских курсах. Тётка шепталась с Клавдией, поглядывая на Николая, пока тот одевался.

Николай доехал до Пречистенской улицы, где стоял новый двухэтажный дом бледно-зелёного цвета, специально выстроенный для рабочих, и понял, что ещё слишком рано. Ветер утих, и можно было не прятаться в помещении. Наоборот, мягкий снежок падал так тихо и красиво, что хотелось сидеть и любоваться его полётом в вечерних сумерках.