Штурмак. История первая. По ту сторону тьмы

Хозяин таверны, хитрец Бе?рнхард, чудесным образом вспомнил, что у него где-то был дедов шлем и тут же запросил за него голову татцельвурма. Мужик он был не промах и сразу додумался, что в случае гибели дракона такой трофей можно будет повесить на видном месте. Если же доброволец погибнет (а в этом Бернхард был уверен даже больше), то наследие предка немного вырастет в цене. Не в каждом шлеме ходят на татцельвурмов, знаете ли. Надеялся тавернщик, естественно, на лучшее. Тогда и башка драконья появится, и шлем сильнее подорожает.

Так он думал. Ведь стальных шапок, в которых побеждают татцелей, наверняка ещё меньше.

Гюнтер согласился, но, когда увидел, что ему притащил Бернхард, призадумался. Предложенное средство защиты с коротким козырьком и без наушей оказалось потускневшим от времени бургиньотом открытого типа. Судя по всему, шлем, действительно, был старым, о чём красноречиво свидетельствовали аж целых три гребня: один по центру, высотой в зол (местный дюйм)[3 - Зол (местный дюйм) – 1/10 фута (3 см.

). Английский дюйм – 1/12 фута (2,54 см.);] и два по бокам, вполовину меньше. Бернхард же, увидя кислую рожу блондина, принялся расхваливать штурмак, на ходу сочиняя истории о неимоверном везении, которое приносил этот шлем покойному обладателю. Стоит ли говорить, что подобные старания были излишни, – у Гюнтера всё равно не было выбора. Синеглазый принял бургиньот, пообещал вскоре вернуться и, ловко ухватив под руки Карстена, отправился на смертельную битву с драконом.

Лоскутик опечалился и, к радости Бернхарда, налёг на пиво, неумолимо изничтожая остатки сбережений. Тавернщик тем временем поглядывал то на тощего, то на странный чехол с не менее странной, по его разумению, конечно же, арфой. Смекнув, что клиент вскоре может стать неплатёжеспопособным (а пил тот на поверку наравне с блондином), владелец таверны решил подтолкнуть красноглазого к принятию решения, выгодного для них обоих.

– Значит, арфа, – начал он издалека.

– Ага.

– И не бард.

– Музыкант! – гордо ответил Лоскутик и стукнул себя кулаком в грудь.

– Очень интересно, – покивал Бернхард. – Ты, наверное, даже выступаешь?

– Пф-ф-ф, – скорчился тощий. – Вообще-то ценители моего творчества готовы платить любые деньги за возможность побывать на моём концерте!

– Даже так?! – искренне удивился тавернщик.