Штурмак. История вторая. Пламя в ночи.

И девушка, и кобольт безмолвно смотрели на пьяницу, берущего рюмочку за тонкую ножку двумя пальцами с таким прециозным видом, что покойный муж Фрау Хельюи?дис – Герр Та?нкред, обладатель отточенных жестов, изысканных манер и само воплощение аристократичности, – именно в тот момент проиграл бы Шульцу всухую.

– А пивка? – грустно протянул он, в единое мгновение разрушая великолепие происходящего.

– Зачем?

– Ну как «зачем»?! – возмутился Шульц. – Запить, естественно!

– А это картофельный. Пей так, – ехидно ответил Анико.

– Как картофельный? – растерялся пьяница. – Был же грушевый.

– Был да кончился. Не хочешь, как хочешь, – заявил кобольт и потянулся к поданному шнапсу.

Шульц быстрым движением руки опрокинул содержимое рюмки в рот и поморщился.

– На корешках был вкуснее.

– Угу.

– Я так, пожалуй, скоро вовсе пить перестану или…

– Рассказывай давай, – нетерпеливо перебила его Джебург.

– Да что там рассказывать, – пьяница с расстроенным видом поковырял капусту вилкой. – Совсем плохо в нашем городе становится.

– Так что случилось-то? – грубовато уточнил кобольт.

– Конец нам пришёл!

– Как «конец»?

– Всё, – развёл руки Шульц. – Прижился.

– Кто?

– Ну этот… ваш, который на меня напал.

– Бакхауф? – кобольт ухмыльнулся. – Может, напиваться меньше станете.

– Не знаю, – пьяница покачал головой. – На таких людей уважаемых нападает.

– На каких это «таких»?

– Библиотекаря нашего раздел догола и в ржаном поле бросил.

– Игнаца-то? – хихикнул Анико. – Так он вчера всё своё уважение пропил. Тоже мне, а, казалось бы, книговед.

– Не по-людски это.

– А ты это бакхауфу объясни, – кобольта затрясло от смеха. – Не по-людски ему, видишь ли!

– Так-то, ты тоже не человек, – обиделся было Шульц, но задумался, не сказал ли лишнего.

– Нет, – посерьёзнел Анико, – но к вашему роду буду поближе многих других. Домовые, знаешь ли, к людям имеют обыкновение привыкать и умение терпеть. Вот и я настолько привык, что после смерти скорняка сам скорняком стал, хоть и не моё это.

– Да, шнапс у тебя лучший в городе! – закивал пьяница. – Какой ни возьми!

– Корешковый же вкуснее? – лукаво улыбнулся кобольт.

– Картофельный вроде тоже хорош, – поспешил сказать Шульц. – Вот-вот! Прям чувствую. Послевкусие, видать, дошло.

– Хм, – Джебург забарабанила ногтями по столешнице.