Без чувств, без эмоций, выжить

– Вполне возможно. – Улыбнулся Стен. – А рядом с камином сцены няни Джульетты с наставником Ромео.

Все стали переглядываться, в недоумении это шутка и нужно смеяться или он зло парирует ему.

– Идёмте дальше. – Скомандовал директор.

Следующим объектом стал длинный кожаный диван вдоль окна, но окно было фальшивым, а стекала в рамах, были не приглядно чёрные, ещё раз напоминающие о том, что мы где-то в бетонной коробке, запертые словно батальон добровольно подопытных.

– Красивая панорама? – Спросил Стен, и все дружно захихикали.

Он щёлкнул маленьким пультом, который был не больше дизайнерской зажигалки, и окна внезапно изменили цвет зияющей пустоты на флюоресцентно – синий, мгновение и мы стоим перед стеклянными небоскрёбами, что-то близкое к представлению мною Нью-Йорка.

– Инновационная техника, – улыбнулся директор. – Можем менять вариант панорам, от индустриальных городов до диких пляжей и пустынь. Также меняется погода и время суток, к сожалению, меняется лишь их визуализация, а не местонахождение и погода, но это расширяет сценарные возможности.

Он продемонстрировал нам день, вечер, ночь, дождь, грозу и солнце.

– А снег? – Попросил кто-то из парня.

И он продемонстрировал заснеженный город за окном. Настолько натурально, что не видно было даже мелких пикселей.

– Никита, а плёнку наклеили? Ряби не будет?

– Завтра с утра. – Отозвался долговязый парень, возившийся с проводами в углу.

– Знакомьтесь, это наш оператор, Никита. – Указал на парня Стен. – Участь его незавидна, ведь он тот, кому придётся лицезреть всё происходящее.

– Ну, у кого-то менее завидная, придётся всё это делать. – Буркнула Оксана, пожав руки на груди.

– Вас здесь больше десяти и это значит, что у каждого одна съёмка из пяти, а у него каждая. К тому же выделаете, а он смотрит. – Стен улыбнулся и чуть вышел из образа, и блондинка промолчала.

Никита в ответ нервно ухмыльнулся, кивнув, чуть покраснев и продолжил сматывать провода.

– А ещё с оператором лучше дружить, – продолжал с усмешкой щёлкать пультом Стен. – Оператор круче пластического хирурга, ракурсом камеры может как украсить человека, так и изуродовать до неузнаваемости.

– И не только ракурсом, а ещё и светом, – долговязый парень улыбнулся, и все впервые услышали басистый, но ещё юношеский голос.