Китеж-град. Осада Ершовки

Вон!

Но тут снова в разговор вступил Гордей:

–А как тебя зовут, мил человек?

–Ефимом кличут, а тебе зачем? – стражник видимо сразу же пожалел о том, что назвал своё имя.

Гордей собирался снова что-то сказать, но тут Алексашка перебил его и сказал:

–А затем, что ночь-то мы в посаде переночуем, не велика беда. Но завтра поутру ты ворота откроешь всё равно, а я сразу пойду к воеводе письмо передавать, да заодно ещё скажу ему, мол, ночью передать письмо не смог, потому что стражник Ефим нас в город не пустил.

Стражник снова замолчал. Путники стояли и ждали. Через минуту послышался скрип отворяемых ворот. Алексашка, Гордей и Прохор вошли в город.

***

Стражник отворил ворота и светя фонарём, неодобрительно оглядел всех троих.

–Ну, у которого из вас к воеводе письмо?

–У меня письмо. – сказал Алексашка

–Показывай.

Алексашка достал письмо и подал стражнику. Стражник осмотрел его и махнул рукой:

–Заходи.

Путники вошли в ворота, стражник закрыл их на засов и сказал Алексашке:

–За мной иди.

Развернулся и пошёл по улице, освещая фонарём путь. Алексашка взял лошадь под уздцы и пошёл следом.

–Э, стой, а нам-то куда? – Крикнул им вслед Прохор.

–На постоялый двор ступайте, туда. – стражник махнул рукой указывая направление, при этом не остановившись, и не даже не обернувшись к ним.

Прохор с Гордеем сели в телегу и поехали, куда указал стражник. А Алексашка двинулся к терему воеводы.

Егор Буслаев уже крепко спал, когда в дверь его терема застучал стражник.

Слуг воевода не держал, как и никто другой в Ершовке. Если же кто пытался завести их – строго воспрещал, считая делом недостойным, когда один человек прислуживает другому. «Всё нужно делать самому» – не раз увещевал воевода богатых граждан Ершовки. Однако делать совсем уж всё самому не получалось. Поэтому в тереме, кроме воеводы и его жены, жила толстая баба Анфиса, которая готовила и убирала в доме, а так же старый конюх Фёдор. Именно Фёдор-то первый и услышал, ночью, как кто-то стучит в дверь. Спал Фёдор всегда в сенях, и сам себя считал не только конюхом, но и сторожем, свято веруя, что по ночам он охраняет покой воеводы, чем очень гордился.

Фёдор нехотя поднялся с сундука, на котором спал, и побрёл к двери, видимо решив, что просто так по ночам воеводу будить не станут. Подойдя к дверям, он спросил:

–Кто стучит?

–Я это, Ефим. Отворяй, Фёдор. – сказал стражник.

Фёдор знал Ефима, а потому тотчас отворил.