Лихие люди

Через несколько минут они уже были у погреба. На сей раз вместе с Ванькой, в погреб спрыгнул и рыжебородый. Ванька зажёг факел, а рыжебородый начал осматривать добычу. По-хорошему, делать это надо было утром, после отдыха, но на утро нужна была еда, а её не было. Кроме того – утром их мог кто-нибудь увидеть. Поэтому почти всё и всегда – разбойники делали во мраке ночи.

Рыжебородый достал из-за пояса топор и откупорил бочку. Как он и ожидал – в бочке оказалась солонина. Рыжебородый вскрыл один из мешков – там оказалась пшеница.

Он снял с пояса мешок поменьше, и отсыпал туда зерна.

– Ну, вот и хорошо. – сказал он – Хлеб у нас считай что есть, Маруся муку сделает, да испечёт. Теперь солонины надо взять.

– Зачем нам солонина, атаман? – искренне удивился Ванька

– Как зачем? А что, у нас мясо по-твоему есть?

– Конечно, есть!

– Где?

– А лошадь?

Рыжебородый задумался. Про убитую Ванькой лошадь он совсем забыл.

Есть конину вместо свинины он сейчас не очень-то и хотел, но было не до гастрономических изысков.

Мясо в бочках могло лежать долго, а свежее мясо лошади надо было съесть сейчас.

– Тьфу, чтоб ты пропал со своей лошадью! – выругался рыжебородый

– Чаво это? – опять искренне удивился Ванька

– «Ничаво» – передразнил его рыжебородый – Полезли наверх.

Когда они вылезли наверх, рыжебородый сказал:

– Ну давай, тащи свою лошадь, только побыстрее.

Ванька бегом перебежал через холм, и через несколько минут показался опять. В одной руке он держал своё огромное бревно, а другой рукой взял лошадь за ногу, и тащил её волоком по земле.

– Стой, дурак, ты что делаешь?! – заорал рыжебородый.

– А чаво? – Ванька, казалось, постоянно чему-то удивлялся.

– «Ничаво»! – снова передразнил его рыжебородый, – Хочешь, чтобы нас по следу нашли?

– По какому следу? – не понял Ванька.

– Да от лошади твоей!

Утро потихоньку вступало в свои права. Летняя ночь была короткой, и потому даже в столь ранний час было видно достаточно хорошо.

Поэтому когда Ванька оглянулся – то увидел, что вслед за ним от дороги тянется кровавый след.

– И впрямь… – вырвался у Ваньки возглас удивления.

– Дурак! – снова выругался рыжебородый. – Ты чего её волоком тащишь? На спину закинь да тащи!

Ванька послушно повиновался – перекинул лошадь через голову – и взялся обеими руками за копыта.

Он было уже двинулся в путь, но вдруг остановился:

– Ой, а дубина как же? – спросил Ванька, указывая на своё бревно.