Гирделион. Безродное дитя

Аверин никак не мог понять за что и почему. Впрочем, постепенно эти вопросы исчезали, сменяясь смирением. Как бы юноша ни пытался, он не мог найти выход из данной ситуации, оставалось лишь делать то, что от него требовалось. Смиренно шевелить ногами, приближаясь к последнему пристанищу многих преступников.

Толпа не умолкала. Пленников выставили в ряд. Пара секунд и наступила тишина. Словно кто-то дал знак всем молчать. Затем, около Аверина послышался шорох, возня, забренчали кандалы.

– Не-е-ет! – мужчина рядом яростно взревел.

Удар, звук падения человеческого тела.

– Это всё неправда, это не может быть правдой, – женский голос слева от Аверина был тихий и звучал скорее словно мольба, а не утверждение. Юноша повернул голову в сторону женского голоса… свист, хруст – и свет, проникающий сквозь мешок, тут же окрасился алым. Голова юноши закружилась. Кровь просочилась сквозь мешок, он ощутил её на своих губах. Противный металлический привкус. Ему стало так плохо, что он перестал стоять на ногах и повалился назад.

Но стражник, который стоял рядом, подхватил его и бросил вперёд, на колени. Аверин осознал всё происходящее, хотелось завыть, но не было времени. Хотелось дышать, что есть сил, но силы его покинули. Он лишь судорожно вдыхал воздух, который нельзя было и воздухом назвать. Юноша ощутил яростное желание жить, но оно смешивалось с невообразимым беспощадным чувством безнадёжности. Аверин ощутил на своей спине чью-то ногу, и после – сильный толчок. Он ударился головой обо что-то твёрдое, но это уже неважно. Скоро головная боль исчезнет. Навсегда.

– А ты сильный, не промолвил и слова, – прозвучал мужской голос рядом с юношей, – Но и для сильных исключений нет. Давайте!

Резкая боль. Она длится недолго. И вдруг всё исчезло. Стало так…хорошо. Никаких ощущений, кроме….что это? Необъяснимая гармония, необычайная приятная пустота, отсутствие чего-либо плохого. Такое ощущение, словно оказался в бесконечном воздушном океане, паришь. Ничего не хочется. Да и не нужно. Лишь наслаждение.

Бесконечное наслаждение…

Внезапно мир взорвался, наполнился безумно яркими ощущениями. Звуки и запахи обострились в стократ. Уши закладывало от непонятного гомона. Кожей чувствовалось движение воздуха, электрическая напряжённость. Казалось, мир сошёл с ума. Аверин проснулся в своей кровати в общей спальне детского приюта. «Это был сон!!!» – Аверин выдохнул, напряжение потихоньку спадало. Трое ребят неподалёку шумно играли в догонялки. Вот откуда этот гомон.