Последняя тайна Патриарха

 – Вот у нашего комбата жена – ты бы видела, как он ее письма ждал, с ума по ней сходил, тосковал… А когда убили его… Из паспорта фотка выпала – так, ничего особенного… Толстушка в кудряшках. Только ты того… опять не в ту степь пошла.

Настя с удовольствием поглядела на себя в большое старое зеркало, висевшее над комодом. По семейному преданию, принадлежало оно якобы еще Павлу I, но время не пощадило раму, да и амальгама пошла пузырями – так что пришлось сослать зеркало на дачу… Увиденное успокаивало: не «толстушка» она, и не в «кудряшках» всяких дурацких! Вон, коса какая замечательная! И Никита смотрел преданным собачьим взглядом, словно требовал «Chappy».

Без всяких яких было видно: обожает! Девушка поправила выбившуюся прядь и продолжила:

– Погиб свергнутый Дмитрий Первый печально и незавидно, год всего правил… Марина долго скиталась по России. В надежде вернуть себе престол объявляла расплодившихся самозванцев своими спасшимися мужьями. От одного даже сына родила…

– Вот же пришмандовка! – не удержался бывший солдат, для которого женская преданность входила в число главных сокровищ мира.

Но Настя пропустила мимо ушей его крепкий эпитет, лишь задумчиво произнесла, глядя в окно:

– А мне, знаешь, жаль ее… Одна, среди чужого народа, она не сдалась, возвращаться на родину не захотела. Сильная была… – девушка перевела взгляд на любимого и зарделась. – Чтобы я таких слов солдафонских больше не слыхала! Ладно, слушай лучше, «блюститель нравственности».

Наконец, Марину схватили, заточили, перстень, надо думать, отняли.

Не достался ли он Федору Романову? Иначе – патриарху Филарету, получившему свой сан в Тушино, от Лжедмитрия II, прозванного Тушинским вором. Представляешь, – это в нашем затрапезном Тушино когда-то Лжедмитрий II лагерем стоял!

Далее. Царю Василию Третьему Шуйскому, великому интригану и бездарному самодержцу, трон достался многолетними происками. Но в Смутное время это воспринималось едва ли не как должное. И, уже получив вожделенную власть, Шуйский никак не мог остановиться в своих интригах.

До того дошло даже, что жена его на пиру отравила смелого воина и талантливого полководца князя Скопина-Шуйского, начавшего наводить в стране порядок. Испугались Шуйские популярного в народе дальнего родича, да недолго им было царствовать, видать, и козни иной раз осечку дают. Одно дело – интриги плести, а совсем другое – государством управлять! Препроводили царя Василия в монастырь.