Сестрёнки и прочие. О тех, кто вплетает свою судьбу в нашу жизнь

Почти годовалая Малюся из мелкого котёнка превратилась в красавицу-кошку, но характер её разительно отличался от характеров Сестрёнок. Воспитанная Дружком и не признающая более никаких авторитетов, она старалась во всем подражать ему и не отлучалась от него ни на шаг. Вот и сейчас, глядя на Дружка, вывалившего язык набок, она потешно пыталась проделать то же самое, но Малюсин язычок никак не хотел свисать так же свободно.

Младшая, глядя на эту уморительную сцену, улыбалась в лапу, а Старшая по обыкновению, томным взглядом посматривая на неразлучную парочку, пыталась завести светскую беседу:

– Скажи, Дружище, почему вы, собаки, так ненавидите нас, кошек?

– Ну… – Дружок склонил большую голову набок, подумал минутку.

 – Вот конкретно вас я люблю. А в общем – да, других как-то не очень…

– Почему? – Младшая сделала вид, что обиделась.

– Племя ваше – воровское! – уверенно заявил пёс. – А я всю жизнь боролся с преступным элементом, и потому мне это не по душе.

– Что за намёки? – возмутилась Старшая. – Сестрёнка, мне кажется, на нас хотят повесить все грехи мира. Пойдём-ка подальше от этой полицейской морды и не вернёмся, пока не услышим извинений!

Сестрёнки поднялись и, глубоко оскорблённые за весь кошачий род и за себя в частности, нервно подрагивая хвостами, отправились в домик – заедать негодование и бушующий стресс.

Зайдя в домик, они направились было к мискам с кормом… И тут – упс! Кошки резко остановились, распушив хвосты до беличьего состояния.

Возле мисок сидел довольно упитанный незнакомый рыжий кот и вылизывал остатки влажного корма из последней миски. Он скользнул взглядом по вошедшим и продолжил свое дело, не обращая на них никакого внимания. Закончив, он с удовольствием облизнулся раз, другой и, наконец, уставился на Сестрёнок наглыми жёлтыми глазами.

– Это… Это что такое?! – опомнившись, возмутилась Старшая.

 – Ты вообще кто? Тебя как зовут?

– Чубайс, – мурлыкнула рыжая морда, без тени стеснения разглядывая хозяек.

– Тебя что, Чубайс, дома не кормят? – Младшая выпускала и снова прятала когти, будто разминала лапы перед боем.

– Кормят, – сыто мурлыкнул рыжий. – Ещё как кормят! Но это – дома. А добыть на стороне или украсть – это же в сто раз вкуснее, чем лопать из собственной миски.

– Ах ты, рыжая скотина! – возмутилась Старшая.