Теодорик

 – Ну, а это мой племянник, Теодорик.

Вампиры обменялись вежливыми кивками. Появлению родственника «хозяина» Бруно явно не обрадовался, с настороженной неприязнью окинув гостя взглядом с ног до головы. Теодорик, в силу хорошего воспитания и самоконтроля, сумел изобразить на лице сдержанную полуулыбку, воздержавшись от неловких вопросов. Например, как понимать эти слова: «отпрыск»? Обращать себе подобных – удел низших вампиров и это вполне объяснимо, ведь чего ещё ждать от таких зверей, как они! Но чтобы высший вампир наделил кого-то своей силой!.

. Этот Бруно явно из низших и, судя по тому, как у него с трудом получается контролировать заострение клыков, обращён он относительно недавно. Что здесь происходит?! Неужели дядя опустился до того, чтобы делиться силой с каким-то отребьем?!

– Бруно был сыном королевского библиотекаря и прочитал много книжек, – между тем возобновил разговор дядя Арно, следом обратившись уже к Бруно: – Мой племянник живо интересуется Нексусом.

– На мой взгляд это не самая интересная из тех тем, что дошла до нас со времён Излома, – с апломбом отозвался потомок библиотекаря, нервно поправив очки, то и дело норовящие соскользнуть с излишне тонкой переносицы.

 – Якобы существует Цветок, способный менять…

– …Судьбы людей и миров, – холодно добавил Теодорик. – Я не вынесу очередного пересказа банальных истин.

– Тогда я не скажу ничего нового, – уязвлённо пожал плечами Бруно, вновь нервно поправляя очки. Ещё один признак недавнего обращения: с чем у вампиров никогда не бывает проблем, так это со зрением.

Вероятно, очки – единственное упоминание о той человеческой жизни, которая недавно у него оборвалась. Теодорик слышал, что многие новообращённые любят первое время носить с собой памятные безделушки из своего прошлого. Это свидетельствует о том, что в них ещё теплится что-то живое, человеческое. Утратив же привязанность к этим вещам, они утрачивают и связь с человечностью, превращаясь в зверей.

– Тема Нексуса достаточно избита, – скучающе продолжил Бруно, – о нём написано, если не ошибаюсь, по меньше мере с десяток поэм, в репертуаре любого захудалого барда найдётся песня-другая о «Цветке Мироздания»…

– И нигде не сказано, например, о том, как его уничтожить?

Новообращённый вампир окинул его каким-то странным, долгим взглядом.

Наконец, искоса взглянув на «хозяина», Бруно нехотя ответил:

– Есть несколько легенд касательно происхождения Цветка.