Теодорик

Опять же, оно и к лучшему сложилось, иначе неизвестно, выжил бы ты во время той Инквизиции…

– В самом деле, невероятное везение, – ядовито усмехнулся Теодорик, однако дядя проигнорировал его реплику, а может и в самом деле пропустил мимо ушей, тут же переменив тему:

– Одёжка только на тебе какая-то чудная. Иноземная что ли?

– Можно и так сказать, – поморщился Теодорик, украдкой покосившись на порядком испачканные после купания джинсы и проклятые кроссовки, по-прежнему немилосердно натирающие ноги. Как же хорошо, что он не слишком много времени провёл в том странном мире.

– Со мной должна была быть девушка… – осторожно начал было вампир, однако дядя с готовностью закивал на его слова даже не дослушав.

– Да-да, о ней должны были позаботиться мои ребята, не переживай! Проходи.

Очередная просторная галерея была похожа на столовую, выполненную в самом аскетичном стиле. За каменными столами постепенно собирались люди, неторопливо рассаживаясь по местам и о чём-то переговариваясь вполголоса. Уже сейчас их было не меньше пятидесяти человек.

Внутри Теодорика немедленно заёрзало смутное беспокойство, хотя он и сам не мог понять почему. Боязни толпы он за собой отродясь не наблюдал.

– Куда ты, кстати, путь держал, когда мои ребята тебя схватили? – Дядя Арно уверенно занял место во главе стола, мимоходом кивнув сидящим рядом вампирам.

– Да так, куда глаза глядят. – Теодорик покорно занял место по правую руку от дяди, на которое он ему кивнул. На столах уже были выставлены стройными рядами тарелки и кубки, правда, самой еды пока поблизости не наблюдалось.

Неожиданно для самого себя, вампир вдруг выпалил:

– Ты слышал что-нибудь о Нексусе?

Дядя многозначительно цокнул языком.

– Едва ли в этих землях найдётся хоть кто-то, кто не слышал баек об этом чудо-цветке! С чего вдруг ты завёл об этом разговор?

– Да так, навёрстываю то, что упустил за столетия, проведённые в медальоне.

– Ну, эта история началась ещё на Изломе Эпох. Кстати, знаю, кто сможет рассказать тебе о Цветке побольше.

Бруно!

Мужчина поманил к себе щуплого паренька лет двадцати от силы. Теодорик скользнул по нему скептическим взглядом. Весь какой-то нескладный и неловкий, ещё и в придачу в каких-то идиотских очках с трещиной на одной из линз. В больших чёрных глазах читалось такое бесконечное раболепие, что он чем-то даже смахивал на послушную собачонку, которую подозвал к себе хозяин.

– Это Бруно, мой отпрыск. – По-свойски похлопал парня по плечу дядя Арно.