Двойня для чайлдфри

Почему ты не высказала мне все сразу, а притворилась, что спишь?

– Сразу я бы не смогла, я бы разве что физиономию тебе разукрасила. Я потому и убежала назад в спальню, чтобы удержаться и не разбить о тебя что-нибудь, – она покусывала губы, отчаянно надеясь, что ее не выдаст бешено колотящееся сердце. А Клим лишь способствовал этому, осторожно двигаясь губами от кончиков пальцев по ладони к запястью.

– Вот и разбила бы, и разукрасила. Сама бы потом и лечила, зато мне не пришлось бы тебя искать так долго.

Где я тебя только не искал, Катенька! Я готов был сам себя избить, когда понял…

– Что ты понял? – она отняла руку и принялась бессознательно тереть ладонь, будто можно было стереть следы его обжигающих поцелуев.

– Что ты впервые в «Саламандре», и что я ошибся, приняв тебя за одну из приходящих в клуб исключительно ради таких вот близких знакомств, – пояснил Клим и, поймав ее недоумевающий взгляд, улыбнулся: – Туфли, Катя! Девушки, о которых я говорю, никогда не наденут к платью от Элизабетты Франки туфли за пятьдесят долларов.

– Откуда ты знаешь, сколько они стоят? – спросила Катя, почувствовав, как кровь приливает к щекам.

– Я их нашел. В гараже. Ты ценник с подошвы не отклеила, – Клим улыбался, и ей вдруг стало ужасно обидно. Для нее пятьдесят долларов хорошие деньги, пусть он катится со своей Баленсиагой хоть в «Саламандру», хоть еще куда. – Они у меня дома в коробке лежат, поехали, заберешь? Или хочешь, другие купим?

Катя порадовалась, что сидит, потому что у нее не то, что ноги – все тело стало ватным от того жгучего взгляда, которым Клим сопровождал свое предложение.

Она собралась с силами и качнула головой.

– Нет, Клим, никуда я с тобой не поеду. Мы живем в разных измерениях, да что там, в разных вселенных, и никаким боком вообще не соприкасаемся. Я не хочу иметь никаких дел с такими, как ты. Никогда.

«Спасибо, насмотрелась».

– И что со мной не так? – взгляд напротив снова потяжелел.

– Все так, – поспешила успокоить, – но не для меня.

Вот только скажи, если не затруднит, зачем ты пришел в наш отдел? Тебе этой зарплаты на семь пар носков максимум, – подумав и посчитав в уме, поправилась: – На шесть с половиной.

– А, ты об этом! – Аверин облегченно выдохнул и снова сгреб ее руку. – Так бы сразу и сказала. Я не живу там, я снимаю двушку на левом берегу, это не мой дом, Катенька, меня друг попросил пожить, пока его не было. Он путешественник, по миру мотается, сейчас вернулся.