Флеш Рояль

Хорошие парни с отличным чувством юмора, девчонок было еще две кроме Динки. И все мальчишки поголовно в Динку влюбленные, они-то как раз знали ее, как облупленную.

Но Динка со всеми дружила и никого не выделяла. С ними хорошо было обсудить очередную прочитанную книгу Стругацких, громко ругаясь «Массаракш!» Порассуждать о первичности бытия и сознания, позажигать на концерте заезжей рок-звезды и поорать: «Мама – анархия, папа – стакан портвейна», – на ночной набережной. А влюбиться Динка ни в кого из них не могла.

Ее внешность не раз играла с ней злую шутку. Знакомящиеся парни воспринимали Динку как глазастую бестолковую куклу, а потом очень удивлялись и обижались, когда оказывалось, что она вовсе не так глупа и бестолкова, и тут же вменяли ей это в вину.

Как, например, кривился потрясающий блондин Ярослав после ее невинного «Не вижу, почему бы двум благородным донам не прогуляться по набережной». И как ее, казалось, настоящая, а по итогу растаявшая, словно снежок на солнце, недавняя любовь.

Динка старалась не замечать, как недовольно хмурится Влад, когда она принималась шутить в компании. Как морщил лоб, когда Динка заводила спор и одерживала верх. При этом она всячески оправдывала парня и каждый раз обещала себе придержать язык в его присутствии. А на последней вечеринке в студенческой общаге увлеклась.

Они играли в «Данетку». Заданные исходники: стол, за столом четыре трупа, на столе игральные карты, пустой револьвер и одна отстреленная гильза. Нужно было отгадать, что произошло в комнате, задавая лишь вопросы, требующие ответа «да» или «нет».

Динка тут же включилась в игру, поначалу в голове всплывали неясные смутные образы. Но как только Генка выяснил, что в комнате не было окон, перед ней вдруг явно предстала четкая картина, и она радостно выкрикнула:

– Смерть! Они разыграли смерть!

Динка оказалась права. Ответом была затонувшая подводная лодка, на которой четверо выживших членов экипажа разыграли в карты единственный оставшийся патрон.

Все дружно поздравляли Динку, она отгадала еще две «данетки», а затем с грустью прочла в глазах Влада прощальную эпитафию по их безвременно скончавшейся любви. Хорошо, что к тому моменту, как Динка заняла первое место на городской олимпиаде по математике, они уже не числились парой, а то Влад бы ее и вовсе возненавидел.

Виктор не обманул, позвонил на следующий же день и продиктовал адрес, по которому следовало явиться ровно в восемнадцать ноль-ноль.