Флеш Рояль. Соната для Бетховена

Он подхватил ее и вжал в стену, проводя рукой вдоль разреза и касаясь кожи теплой ладонью.

– Весь день хотелось это сделать, еле сдерживался, – пробормотал, целуя шею и захватывая губы, – платье оставь…

Она оплеталась вокруг него, поддаваясь и отвечая. Стаскивала с него одежду, а по кругу уже закручивалась знакомая воронка, утягивающая обоих в самый эпицентр торнадо, бешено вращающегося и уносящего далеко за горизонт.

Когда их выбросило наружу и Дина, руками и ногами цепляясь за Максима, удерживающего ее на весу, смогла открыть глаза, ей как навеяло тяжелым, сбившимся дыханием:

– Дина, ты выйдешь за меня замуж? Извини, я не на коленях…

Она прижалась лбом к его лбу и перевела дыхание.

И счастливо рассмеялась.

– Так намного лучше. Да. Да. Да!

Макс тоже рассмеялся и начал оглядываться, рыская глазами по комнате. При этом продолжал поддерживать ее, а затем виновато сощурился:

– Там кольцо в штанах, в кармане. Целый день таскаю, боюсь потерять. Пойдем искать штаны?

Динка запрокинула голову, снова рассмеялась, поймав еще один поцелуй, затем посмотрела в прищуренные любимые глаза и радостно кивнула.

* * *

И что от него понадобилось Чайковскому? Ведь на прошлой неделе они с Тимуром уже приезжали в столицу и, казалось, обсудили все текущие вопросы!

Максим прибыл к месту встречи раньше назначенного и решил заодно поужинать. Ресторан ему нравился, кормили здесь неплохо.

Позвонить Дине? Нет, потом позвонит, после разговора. Сейчас ее голос выбьет из нужной колеи.

А если она начнет взахлеб рассказывать ему, что там они с подружками еще напридумывали насчет свадьбы, у него окончательно испортится настроение.

Он должен все это выслушивать не по телефону, а лично, лежа и расслабившись. Желательно без одежды, наматывая на пальцы пряди ее волос, пока его девочка, облокотившись на его грудь, с серьезным видом и обстоятельно станет все ему объяснять, рассуждать и спрашивать совета. А он будет лежать и удивляться самому себе, почему такая замечательная идея – жениться на Дине – не пришла к нему раньше.

Точнее, сразу, как он поселил ее у себя.

Впервые Максим понял, что все идет неправильно, когда они приехали к ней домой за вещами. Дина собирала документы, и Макс тогда впервые увидел ее паспорт.

Ему сразу неприятно царапнуло глаза – Ареева. Даже не удержался и спросил, почему Ареева. Дина недоуменно пожала плечами:

«А как еще по-твоему там должно быть написано? Папа у меня был Ареев, и мама Ареева.