Жестокая свадьба

 – Что это даст?

– Пусть Баграевы за все ответят.

– Каким образом? Напечатают опровержение? Принесут извинения? Так они мне не нужны. Или ты считаешь, я приму извинения Данияла?

Конечно, она кривила душой. Возможно, извинения Дана, и принесли бы недолгое облегчение ее истерзанному сердцу. А вот что дальше? Он бы извинился, и разошлись как в море корабли? Разве это нужно было Данке?

– Да в гробу мы видали его извинения, в белых тапках, – сердито ответила Оля.

– Тогда что, деньги? Ты считаешь, за это можно брать деньги?

– Нет, конечно, но…

– Вот видишь, это все не то, Оль, – тихо продолжила Дана.

 – Единственное, чего бы мне хотелось, чтобы ничего не было. Просто не было. Ни фото, ни видео, чтобы свадьба закончилась как у всех, и мы с Даном уехали на Бали. И я бы никогда не узнала, что он может меня предать.

– Так не бывает, Данчик, – Ольга обняла ее, и та спрятала лицо на груди у сестры, – предавший раз предаст снова, не сейчас так потом, и не известно еще, что хуже.

– Вот, – шепотом заключила Данка, – значит, надо просто забыть о нем, стереть, как будто его и не было никогда в моей жизни.

Это мне и нужно, Олечка, а не следствие, которое будет тянуться месяцами и выматывать из меня душу. А то, что дядя Сережа сказал про других, это, наверное, ужасно, но мне все равно, правда. Прости, неважный из меня первопроходец…

И Волошин сдался.

– Тогда выбирайте город. Из столицы вам лучше уехать, домой тоже возвращаться не стоит, вас там каждая собака знает. Оля, ты работу себе найдешь без проблем, а тебе, Дана, организуем перевод в другой вуз по твоей специальности.

И лучше не затягивайте.

Они и не затягивали, открыли карту и ткнули наугад в первый попавшийся областной центр. Южнее столицы, чтобы было теплее и больше солнца…

– Чудненько, у нас там хорошо налажены связи, – удовлетворительно кивнул Волошин и занялся переездом.

Внезапно объявились адвокаты Баграевых с требованием аннулировать брак в судебном порядке. Основанием служило обвинение в нарушении процедуры заключения брака и утверждение, что брак предполагался фиктивным.

– Зачем суд? Я и так все подпишу, – удивилась Данка, когда Волошин сообщил эту новость.

– Уверена? Тут тоже можно побороться, – не согласился он.

– Дядя Сережа, я хочу, чтобы этот мужчина навсегда исчез из моей жизни, – твердо сказала Дана. – И если можно сделать так, что он станет мне никем, я буду счастлива.

Волошин вгляделся в ее лицо и согласно кивнул.

– Хорошо. Тогда я поторгуюсь.