Академия нечисти: пленных не берем

Виола пыталась скрыться с моего пути, но сейчас мне никак нельзя было остаться в одиночестве – потому я жестко схватила ее за локоть, рванула на себя и спросила с угрозой:

– Какой столик займем, соседушка?

Она что-то проблеяла, пытаясь вырваться, потому столик я выбрала сама. Виола через минуту уже смотрела с ужасом то на меня, то на других и всхлипывала. А потом кое-как выдала претензию:

– А про бездаря в магии-то зачем было говорить?.. Лоран вряд ли слабее нас с тобой, что-то все-таки умеет…

– Специально, чтобы никто не догадался! – ответила ей я и подмигнула.

 – Притворяйся, что ты сильный, и тогда слабые не полезут – вдруг не врешь?

Она хмыкнула, но настроение я ей не подняла. У меня тоже аппетит пропал, но я жевала через силу, постоянно косясь по сторонам. И никто на меня не кинулся, я даже оскорблений не слышала, хотя пялились как на мировое чудо. Виола после ужина улетела – видимо, собралась где-нибудь в укромном месте пореветь, что никуда от такой ужасной соседки деться не сможет.

Я же после столовой отправилась в библиотеку. И возблагодарила всех богов за то, что днем успела пообщаться с инкубским племенем – если бы не их предупреждение, то я рисковала от неожиданности намочить форменную юбку. Да даже с их предупреждением я вскрикнула, когда рассмотрела страшного полупрозрачного старика с длинными седыми волосами, который прямо по воздуху, не перебирая ногами, плыл в мою сторону. И он же заорал:

– Ну-ка не шуметь в читальном зале!

Я попыталась обуздать нервы и произнести как можно спокойнее:

– Мне бы учебники… Магический факультет, первый курс…

Он без каких-либо проблем выписал для меня целую стопку и даже не ругался, что пришла после того, как всех студентов уже отоварили.

И это хорошо – я представить себе не могу, чтобы на меня ругался человек, который умер давным-давно. Такое событие, однозначно, должно быть неприятным. После короткого разговора я узнала, что Киашшас здесь работает с самого основания, а это не меньше пары тысяч лет! Ужаса это осознание во мне точно не убавило, но я поняла, что страх выказывать не должна: важно не шуметь и не наглеть, и никаких проблем не будет. Показывать страх вообще никогда нельзя – это пока единственный урок, который я накрепко усвоила из своей жизни. И потому привыкла держаться, даже когда поджилки дрожат и зубы выстукивают неровный ритм.

Когда вернулась в комнату, заглянула сначала к Виоле, но та всеми силами изображала, что крепко спит.