Алмазная императрица

– Как необычно, – я нервно усмехнулась. – Мы как будто втроем танцуем.

– О, не волнуйся. Даже если Майер присутствует, то ему настолько безразлично происходящее, что ты можешь себя не сдерживать. Что там было про «хороший мой»?

Я шутливый тон не поддержала:

– Милорд, вы теперь совсем на него не злитесь?

– Пытался, но в полную силу не получается, – искренне ответил Элвин.

Через два музыкальных такта я решила признаться:

– Знаете, он очень хотел, чтобы вы влюбились в кого-то неподходящего. Помните, как он часто шутил по поводу меня? Ему было важно, чтобы когда-нибудь вы поняли его и смогли простить.

Элвин скосил на меня взгляд и снова закрутил на повороте.

– Надо же, сколько любопытных вещей я теперь узнаю о друге, с которым знаком столетиями. Когда он придет в себя – точно ему врежу.

– Я не к тому, – виновато улыбнулась я. – Просто ему ваша дружба была очень дорога, и он мечтал любыми способами ее сохранить. Как и вы. Сейчас это кристально видно.

Он промолчал, но эти разговоры были важны – мы, собственно, впервые за долгое время нормально разговаривали, и такой шанс нельзя было упускать:

– Насчет свадьбы, милорд… Мы с родителями Сао пока не решили, как Майеру будет лучше, но если все-таки придется это сделать для его репутации, то мы могли бы доиграть свадьбу с вашей помощью.

Точно так же, как сейчас, под контролем сознания.

– Гениальная идея, княжна, – Элвин скривился. – Мечтаешь выйти замуж за него, выходя замуж за меня? Меня уже тошнит от этого символизма.

Я смутилась:

– О, я не подумала… В самом деле, об этом надо будет попросить Витая или Верана, а никак не вас. Простите.

– Не прощу. Я устал тебя прощать. Мне будет гораздо легче, княжна, если я никогда не начну тебя прощать.

– Тогда злитесь! – выпалила я.

– Разберусь без твоих разрешений.

Мы, кажется, ругались, но танец от этого не переставал быть волнующим, а близость будоражила сознание. Сильно успокаивала мысль, что Майер тоже присутствует тут, хоть и абсолютно безразличный.

Но все же он свидетель наших разговоров и каждого взгляда – и будто этим сдерживает нас, оставляет ощущение, что мы не одни. Однако конца танца я ждала, как избавления.

И потому с последними аккордами попросила:

– Вы дойдете со мной до кареты? Думаю, нам уже можно уходить.

– Куда? – он будто испугался и крепче сжал мою руку. – С ума сошла? Надо выпить шампанского и еще пару раз выйти в круг, иначе будет подозрительно.