Математика на раздевание

И не напряглась, когда ты уйдешь в туалет на целых десять минут. Напоминаю, у нее в июне сессия. Сдаст экзамен – и больше ты ей не понадобишься.

– Да знаю я, знаю, – болезненно морщусь. – Но не торопи. У меня одна попытка.

В кабинет Куприянова я в любом случае попаду, но лучше попасть успешно, чем просто попасть. Время еще есть, а спешить нельзя. Жорик не зря обрабатывал секретаршу – однажды она обмолвилась, что шеф по понедельникам работает дома. И последняя прокурорская проверка ни к чему не привела.

А это означает, что самые важные документы он хранит где-то в квартире – не рискует, гад хитровыверенный. И нам очень, очень нужны эти документы, чтобы наконец его прижать. Гнида отозвал наше разрешение на застройку, получив крупную взятку от другой компании. И все наши проекты, все наши, сука, инвестиции просто полетели в трубу. Всего две правильные бумажки – и там можно решать, куда с ними идти: в прокуратуру или прямо к Куприянову. Увидев их, он выпишет любое разрешение, хоть центр Москвы позволит перестраивать вместе с Красной Площадью. Я был виноват – и чувствовал эту вину каждым нервом. Виноват в том, что недооценил крысиную натуру чиновника, который за десятки лет привык жировать, а не просто подписывать. Виноват, что не перекупил Куприянова вовремя. Виноват, что долго не мог поверить, что меня вместе со всей моей компанией вот так запросто отымели, выдав разрешение задним числом другому застройщику. Поначалу тешил себя иллюзией праведного гнева: мол, я только справедливости хочу – засадить прогнившего чинушу. Но потом поостыл и понял – на его место придут два точно таких же, и вся разница будет лишь в том, что взятки придется платить обоим. А на самом деле я хочу простого человеческого счастья – получить бабло, которое уже успел посчитать своим. Прибыль за целый жилой комплекс – далеко не три копейки. И я свои деньги получу, даже если придется брать Асю в заложницы и угрозой ее жизни получить нужную бумажку от ее отца.

– Вон она идет! – Жорик оживляется.

 – Насмотреться не могу, ноги от ушей. Как Куприянов мог породить такое чудо? Почему я взял на себя старуху, а тебе досталась такая красотка?

Я тоже смотрю на противоположную сторону улицы. Ася идет в заведение с позорно малюсенькой вывеской «Творческий коллектив «Меркурий»», какой-то любительский кружок, она туда трижды в неделю является. Взгляд приклеивается к короткой весенней курточке, скользит вниз на обтянутую джинсами попку.