Моя судьба под твоими ногами

А потом и протянуть елейно:

– Кра-а-айдин Сорк, я запомню. Итак, что тебе понадобилось, демон, от меня? Я не ведьма, говорила уже.

– Знаю, – он глянул на нее внимательнее. – Была бы ведьмой, уже бы меня прокляла. Меня интересуют настоящие ведьмы. А ты сдохнешь после последней из них.

Кажется, именно этого Марисса подсознательно ждала и боялась. Даира все-таки пришла на ее крик – и за это была убита. А когда-то Даира упоминала, что в этих же лесах живет еще две ведьмы. Не придут ли они тоже, если Марисса продолжит звать? Не потому ли Даира так долго не отзывалась, поскольку видела, что за Мариссой след в след идут демоны? И вышла лишь тогда, когда девушка попала в настоящую беду.

Только Мариссе было невдомек, что происходит. Она и под маревом демона не узнала, и вела его за собой, а потом и в болото угодила. Сегодняшний день Марисса проживала лишь для того, чтобы себя удивлять. Например, она никогда прежде не думала, что можно возненавидеть самого себя. Да так сильно, чтобы желать самому себе смерти.

И все, что произошло до этого момента, было лишь легкой неприятностью. А вот после него началось пекло.

Демон сделал к ней шаг, наклонился и заглянул в глаза.

– Позовешь остальных ведьм?

Марисса уверенно мотнула головой:

– Здесь нет других ведьм, Крайдин Сорк. Разве ты не знаешь, что ведьмы живут отдельно от людей и друг от друга?

Он в самом деле наверняка не знал, потому пожал плечами.

– Тогда позови. Если будешь истошно орать, а до заката никто не явится, тогда и поймем, что ты была права. Умрешь быстро, я умею быть благодарным за помощь. Ну, а захочешь отказаться, дело твое – кричать ты в любом случае будешь.

В голове Мариссы затуманилось. Это не ведьмовская интуиция или что-то в этом роде, это твердое осознание, что дальше будет очень плохо. И что вариантов выбора нет. За некоторые вещи нельзя торговаться.

Ничего ей не оставалось, кроме как отвести взгляд и снова помотать головой.

Решение ее не вызвало в Крайдине ни восторга, ни досады. Полное равнодушие. Констатация факта – ему придется с ней повозиться, потому что она сама так решила.

Отходя, он распорядился:

– Разденьте ее до пояса, привяжите к дереву. Нош, принеси мой кнут.

– Но милорд… – к удивлению Мариссы, худощавый накхасит лет двадцати отроду начал спорить.