Последняя игра чернокнижника

Потому что я тогда с тобо-ой… А ты такая сильная, а я такая…

Я закатила глаза к небу и усилием воли подавила очередной приступ ярости. Обуздав нрав, шагнула к Китти и взяла ее за плечи, заглядывая в лицо. Заговорила строго, с напором, но без раздражения:

– Послушай меня. Ты должна взять себя в руки. Это игра, понимаешь? Как я должна справляться с приступами злости, ты должна справляться со своими слезами. Даже если айх это делает ненамеренно – хотя с него бы сталось – все равно в его доме все должны играть в эту игру.

Ты ловишь ненужную эмоцию и отстраняешься от нее, как от чужой. Любыми способами. Успокаиваешься и не ревешь. В этих краях водится валерьянка? Я бы в тебя сейчас цистерну ее влила, лишь бы ты осознала в себе отличия. Ратия – маг, обратись к ней за помощью. Может, у нее есть что-то покрепче валерьянки? Или…

– А зачем? – она пялилась на меня мокрыми глазами. – Если так мне проще… Ну, реву себе, никому не мешаю…

– Потому что так надо! – отрезала я. – Иначе скоро ты и не вспомнишь о том, какой была раньше.

Ты и раньше плакала без повода?

– Ну… бывало… – она отвела взгляд.

– Не удивлена. Но теперь ты в игре чернокн… айха Ринса. И в этой игре такие правила. Все ясно?

– Но зачем?… – она снова начала смаргивать накатывающиеся слезы.

Я сжала руки и с силой тряхнула ее.

– Затем, что иначе я не буду с тобой общаться. С шантажом знакома? В общем, увижу еще раз слезы без повода – пройду мимо и забуду, что мы почти тезки, – во время моей речи ее глаза все больше стекленели от ужаса, значит, я попала в верную точку.

 – Вот если побьют тебя или еще как обидят, то встану с тобой рядом и помогу со всем справиться. Но до этого ты должна встать со мной рядом в этой игре. Я не прикрываю тех, кто не прикрывает меня.

Китти неуверенно свела брови в кучу, но потом заторможенно кивнула.

– Я… попробую…

– Не попробуешь, а сделаешь. И пойдем уже спать.

– Так рано? – она шмыгнула носом, но тут же сделала вид, что закашлялась.

– Ага. Прошлая ночь была весьма интересной, если не отосплюсь, то рискую свалиться с ног.

– Расскажешь? – она бежала за мной.

– Обязательно. Как только увижу твое лицо без этих красных пятен.

Она вроде бы судорожно вздыхала, но я сделала вид, что не заметила, уверенно шагая в свою комнату.

Не знаю, насколько невыполнимую задачу я перед ней поставила. Но была твердо уверена, что если ей что-то и поможет, то только жесткие меры.