Восхождение Мрака

 – И не успокоимся, пока не вырежем всех светлых магов!

– Тогда произойдет вторая самая огромная в истории несправедливость. Видишь между ними разницу? После произошедшего мир между нашими видами невозможен, я стараюсь сохранить как можно больше жизней, исходя из текущих условий.

Со своей стороны он мог быть и прав, но я рассуждала со своей: если выжить суждено одним, то пусть это будут те, кто когда-то невинно пострадал. Поэтому разница все-таки есть. Но этот спор я точно зря затеяла, мы не найдем компромисс, пока Арай сам не осознает себя представителем «другого вида».

Хотя даже после он скорее всего будет опираться на подсчет жизней, а не на справедливость. Благородство сильно его испортило.

Я откинула руку и призвала кинжал. Попыталась полоснуть по его щеке, но не попала – Арай мгновенно перехватил мое оружие свободной рукой, вырвал и отбросил, клинок тотчас растворился в воздухе, не достигнув пола. После чего я полетела спиной в острый уступ стены, боль от удара о камень едва не лишила меня сознания.

К сожалению, полученная жизнь имела и один недостаток: раны теперь исцелялись быстрее, как у всех высших заклинателей, меня можно пытать и избивать целую вечность почти без риска переборщить. Именно это намерение я и рассмотрела в стальных глазах напротив – раздражение и решимость впервые виделись в них отчетливо. Насколько знаю, начертанный не может осознанно причинять боль любимой, ведь иначе будто сам себя резать будет. Но наши колдуны не учли одну малюсенькую погрешность: бывают такие люди, кто и сам себя без труда разрежет, лишь бы достичь цели. Дождалась, Ви, можешь радоваться – вот он тот самый период, когда Арай что-то чувствует. И не плачь, что чувствует он отнюдь не то, что тебе нужно.

Но на полушаге кейсар замер, словно к чему-то прислушиваясь. Я, с трудом поднимаясь, ядовито произнесла:

– Что такое, Виаларушка, тараканы в твоей голове объявили друг другу войну?

– Нет, – он снова был спокоен. – Ментальное сообщение. Мейз жив, но медлить больше нельзя.

– Мысленно разговариваешь? – удивилась я. – Надеюсь, сам с собой?

Он подошел, схватил меня за шкирку и поволок за собой, терпеливо объясняя:

– Высшие кейсары могут иногда давать сигналы. Рад, что хоть кто-то из них понял, что я совершил и зачем.

– Отпусти, сама пойду!

Арай действительно сразу разжал хватку, поскольку оба мы знали – пойду как миленькая, потому что побег возможен будет лишь в том случае, если он окажется без сознания.