Заложница чужих желаний

Тихо, на цыпочках, вышла из комнаты и спустилась по затемненной лестнице на первый этаж. Сергей Андреевич обнаружился на кухне, он что-то быстро шинковал ножом. Прекрасно понимая, что наверняка попаду в поле его зрения, я скорее по инерции и так же тихо направилась к двери.

– Куда собралась?

Застыла и медленно повернулась. Улыбаться ему я не хотела, но все же ступила в круг света, понимая, что объясниться придется:

– Домой.

– А, – он улыбался, не поднимая на меня лица. – Километров тридцать до города.

Может, компас тебе выдать?

Уловив сарказм и проклиная себя за неуместную сонливость, не позволившую уйти засветло, я осмелела:

– А может, просто отвезете меня?

– Ночью? Я не настолько умею ухаживать за девушками.

– Вы за ними вообще ухаживать не умеете, – не сдержалась я.

Сергей Андреевич хмыкнул и ножом смахнул овощи с доски в высокую сковороду.

– Вот мы и вернулись к теме, зачем нужно было ехать сюда. Чтобы сбежать так просто не удалось и пришлось поболтать. Садись, Юль, болтать будем.

Я заняла стул с противоположной стороны и заметила:

– Я не слишком горю желанием с вами разговаривать, неужели непонятно?

– Более чем понятно. Тогда будем есть. Есть-то ты горишь желанием?

Честно говоря, я была зверски голодна, но, само собой, могла и потерпеть до дома. Больше всего в этот момент я мечтала о суперспособности к пространственному перемещению: здесь растворилась, а появилась в каком-нибудь другом месте. Даже не столь важно, в каком именно, лишь бы подальше отсюда.

А он готовит, есть предлагает, маньяк какой-то… Я только теперь сообразила, что происходит, и выпалила:

– А продукты Мишань привез? Он уже уехал? Он не сможет подкинуть меня до города?

– Уехал с полчаса назад, – мужчина иронично приподнял бровь. – А его ты, выходит, не боишься? Мишань – мужчина, наверное, видный. Но давай ты будешь на других мужчин смотреть уже после того, как мы разбежимся.

Он вроде бы снова шутил, но я саркастично охнула:

– Вы сказали так, будто мы встречаемся!

Сергей Андреевич все же глянул на меня – сплошное веселье во взгляде, еще и округлил глаза для полноты картины.

Жаль, руки заняты, а то еще бы и к щекам прижал, подражая бабульке на лавке:

– Ой, а ты спишь со всеми мимопроходимцами? Куда молодежь катится?

Все ясно, шутит. Но заданный тон неожиданно пришелся мне по душе – он будто бы не подразумевал резкой смены на негатив или угрозы. Да и рассчиталась ведь я, уже все позади.