Заложница чужих желаний

Конечно, я все еще глупо надеялась, что это какой-нибудь розыгрыш – приятели Криса решили вот так подшутить, мало ли что молодым парням в голову взбредет? Но в опровержение этой версии вспоминался его взгляд, когда он обернулся: Крис испугался сразу и сразу знал, что едут именно к нему.

Теперь я просто хотела немного приблизиться к машине и разглядеть номера. После чего, само собой, отправлюсь в полицию. Пока же для заявления просто нет сведений. Но к несчастью, между нами постоянно оказывалось несколько машин, я только на поворотах видела, что мы все еще не потеряли их из виду.

Но на очередном перекрестке я уже машину не разглядела.

– Надо развернуться! – излишне эмоционально воскликнула я. – Они свернули на предыдущей развилке!

Водитель поморщился, включил поворотник, очень терпеливо дождался зеленого сигнала светофора, после чего аккуратно развернулся на перекрестке. Флегматичный, осторожный, совершенно спокойный профессионал, которому всерьез плевать, что происходит.

Я же указывала на нужный проезд, надеясь, что ехать надо именно туда. Таксист без пререканий проехал на неосвещенную дорогу и припарковался к обочине.

– Дальше ехать нет смысла, дамочка. Там производственные склады. Через сто метров шлагбаум, без пропуска просто не проедешь.

– Да как же вы не понимаете? Еще немного!

– Шлагбаум. Через сто метров, – монотонно повторил мужчина.

Я вынула из кармана всю имеющуюся наличность, высыпала ему в ладонь и выбежала из машины.

Он что-то крикнул мне в спину – быть может, денег было недостаточно. Ну, так пусть бежит следом! Я только за.

Про шлагбаум он не соврал. Вот только он был поднят. Будка охраны зияла безжизненной пустотой, а все уличные фонари остались позади. Я сбавила ход и шла теперь осторожно, прислушиваясь к каждому шороху. Глупость немыслимая, но в тот момент я даже не задумывалась, что идти туда не следует. И что Крису я в одиночку точно не помогу.

Здания пугали полуразрушенностью и отсутствием ощущения человеческого присутствия.

Я теперь вообще на освещенное луной пространство не выходила, все жалась к стенам – в черной тени меня можно было только услышать, но не увидеть. Вздрогнула, когда за поворотом разглядела машину – кажется, ту самую. Теперь заглушенную и пустую.

Я медленно отошла назад, свернула в какой-то черный закуток. После этого вытащила телефон и трясущимися пальцами набрала номер полиции.