Чтобы жить. Повесть и рассказы

Это важное слово – Сурат джалан – я выучила ещё у себя в России. Нужный нам главный полицейский участок находился за три квартала, туда и пошли, следуя жестам аборигенов. Войдя на плац размером с небольшой стадион, снова встали в исступлении. Нашему взору открылась странная, красочная и необычная картина.

По всей площади большими группами сидели полуобнажённые папуасы. Амулеты и бусы на груди придавали экзотичность всей картине. Лица у каждой группы были выкрашены по-разному: у одних чёрной краской, у других белыми и красными продольными полосами, у третьих половина лица была белой, а другая чёрной.

Люди сидели, склонив горестно головы к коленям. В руках аборигены держали длинные стрелы, луки и копья. Было ясно, что собрались разные племена местного народа.

Но что бы это значило? Подобное зрелище можно увидеть только по телевизору, да и то не часто. Ведь это не было искусственно разыгранным спектаклем для туристов, это была жизнь островитян, непонятная и неведомая для нас. Мы с попутчицей испытывали откровенный ужас, понимая это, и также понимая непредсказуемость дальнейших действий.

Позже узнали, что это был суд.

Здесь собрались племена Дани, Яли, Лани.

Увидеть такое в наше время почти невозможно. Видимо, все те люди съехались со своим оружием, чтобы помериться силами в случае неудовлетворительного решения суда. Вот тут мы забыли о разрешении. Моя подруга Люба почти не фотографировала, натыкаясь на злобные взгляды, а я это делала трясущимися руками.

В центре площади в пластмассовых креслах сидели толстые люди, явно, не из папуасов.

Это были судья и присяжные. Поодаль от них под палящим солнцем расположились на траве пятеро подсудимых, а среди них женщина. Конвоиры с оружием стояли за их спинами. По периметру всего плаца патрулировала вооружённая полиция.

Мне было невыносимо жаль тех людей, ну просто до собственной боли в сердце. Да и вообще, мне было их жаль до конца, пока я не перестала их видеть. Случилась у них беда. Где-то на реке перевернулась большая лодка с людьми.

Погибли 60 человек, среди них женщины и дети. Подсудимые не справились с управлением, но сами остались живы. Теперь их судили.

На улицах Вамены

Съехались племена со стороны потерпевших и со стороны подсудимых. И те, и другие в большом горе, чем и объяснялись их угрюмые позы. Выступал прокурор и представители от племён. Действо оказалось долгим и нудным. Целый день люди просидели под солнцем, лишь только венки из перьев казуара защищали их лица.